Перейти к содержимому

Бывают моменты, когда возникает обжигающее желание и судьбозначимая необходимость откатить уже произошедшие события своей жизни, «отмотать» само время…

Но ещё чаще — ещё до рокового иррационального разноса — не хватает знания «альтернативной судьбы», иной истории — того, что могло бы быть, но… не произошло; как могли бы развиваться события, но... этого не случилось, потому что история жизни в её конкретном событийном движении сделала другой изгиб! И знание этого нереализованного «возможного» трека никак не отражено ни в каких вселенских архивах, ибо оно попросту отсутствует в этом эмпирическом мире… Природа оперирует явлениями из категорий действительного и реального, а не возможного и желаемого.

По-бунтарски трудно смириться с такой диссимметрией бытия. Из шансов — один единственный, включая ошибочный.

И если полученный опыт — это камень, то его закономерный итог — дно реки жизни?

Иисус в вино превращал воду.

А как насчёт психопрактики, открывающей возможность гнать алкоголь из… мыслей. Напрямую из чувств и ощущений? Непосредственно из психотического конгломерата.

Такая вот получается мозговодка-псивуха: психотроповка, позабористее табуретовки!

В России (и в мире в целом) очень много — негуманно много! — нелюбимых детей, даже совершеннейших, безгрешных и беззащитных крох.

Это не про сирот. И даже не про больных, с физическими аномалиями, и ущербных созданий.

Невозможно возместить этим невинным существам действительный ущерб — наносимый не обществом «вообще», а отдельными индивидами, число коих по трагической для нации закономерности подчиняется закону больших (драматически очень больших) чисел…

Небосвод этих ангелов безвозвратно и навсегда утрачивает свет своего чистого сияния,  он грязно пачкается и метафизически рушится — катастрофически и для них, и для их родителей, и для всего общества.

Нелюбимые и недолюбленные дети, столь же закономерно и «естественно» — не в отместку, а инстинктивно по зову искажённой природы и «кривой» социализации — пропитаны ответной, встречной — соразмерной и «симметричной» — нелюбовью, иногда граничащей с ненавистью и выливающейся в жестокость, к своему нелюбящему людскому окружению.

Общество, инфицированное нелюбовью и просоленное слезами детей, психо-социальная ойкумена нелюбви…

И это ещё не заоблачные вершины развитой «цивилизации», т.е. не адски-бездонные пропасти оравнодушивания и упадка!

Любовь — это тяжкий, но высокий труд, это непрерывно-сознательное усилие и удвоенно-ответственное отношение к другому.

Господи, когда же мы опамятуемся, когда начнем жить в трудах и трудиться жизнью? И жить любовью…

Воистину, живём в странные времена: констатировать даже очевидный, клинически диагностируемый медицинский факт, что иной персонаж — откровенный проходимец и, одновременно, непроходимый дурак, — не политкорректно! Ложная деликатность в отношении к «психическому своеобразию» и «альтернативной психической конституции» предписывает пользоваться беззубыми дефинициями, типа: «инициативный человек с ограниченными интеллектуальными возможностями». Как-будто вследствие такой политкорректности, унизительной для всякого нормального человека, дурак поумнеет, а бессовестный опамятуется и устыдится!

Удивительно, как иной раз один мелкий, но пидωрастического психотипа гωвнюк способен эффективно испохабить и до краёв засрαть терпеливо внимающий эфир Вселенной, обгадить необозримый космос ощущений!