Перейти к содержимому

Глупость — это ум, метрика которого определена в иных семантических координатах. Это инкосмыслие, инодумие, альтернативное мышление, ибо и субстрат мышления — его структура, предмет и содержание — тоже несколько иной, отличный от статистически определяемой «нормы»?

В России (и в мире в целом) очень много — негуманно много! — нелюбимых детей, даже совершеннейших, безгрешных и беззащитных крох.

Это не про сирот. И даже не про больных, с физическими аномалиями, и ущербных созданий.

Невозможно возместить этим невинным существам действительный ущерб — наносимый не обществом «вообще», а отдельными индивидами, число коих по трагической для нации закономерности подчиняется закону больших (драматически очень больших) чисел…

Небосвод этих ангелов безвозвратно и навсегда утрачивает свет своего чистого сияния,  он грязно пачкается и метафизически рушится — катастрофически и для них, и для их родителей, и для всего общества.

Нелюбимые и недолюбленные дети, столь же закономерно и «естественно» — не в отместку, а инстинктивно по зову искажённой природы и «кривой» социализации — пропитаны ответной, встречной — соразмерной и «симметричной» — нелюбовью, иногда граничащей с ненавистью и выливающейся в жестокость, к своему нелюбящему людскому окружению.

Общество, инфицированное нелюбовью и просоленное слезами детей, психо-социальная ойкумена нелюбви…

И это ещё не заоблачные вершины развитой «цивилизации», т.е. не адски-бездонные пропасти оравнодушивания и упадка!

Любовь — это тяжкий, но высокий труд, это непрерывно-сознательное усилие и удвоенно-ответственное отношение к другому.

Господи, когда же мы опамятуемся, когда начнем жить в трудах и трудиться жизнью? И жить любовью…

Наши «дотехнологические» соседи по историческому времени — предшествующие поколения — умели выуживать, выцеживать, извлекать, намывать информацию по крупицам, соединять мельчайшие пылинки сведений, «выпаренных» из разных источников, в целостную и гармоничную картину мира, вышаманивая человекоразмерную систему мировоззрения. Они умели экономно, но эффективно, иногда ювелирно обращаться с тем скудным, к тому же не всегда достоверным, информационным материалом, который так удивительно углублял и расширял их мир, их представления об этом мире, а значит и их психику.

Нынешнее IT-пресыщенное представительство мировой — территориально всепланетной и исторически всевременной — цивилизации настолько затоплено, зашлаковано информацией (включая её паллиативный мусор), что начинает утрачивать навыки бережного ментального обращения с ней, её ценностной фильтрации и сортировки. Небрежность в обращении с информационными ресурсами, культивирование IT-свалок и даже IT-могильников закономерным образом ведёт к деградации культуры глубокой содержательной переработки, тщательного осмысления и интерпретации информационного сырья, легкомысленно превращаемого в «бросовое» вторсырьё… Экономика информации — в состоянии дикарского варварства.

Мы — информационные свиньи, ненасытно и без разбора пожирающие любой контент, преизбыточно попадающий в нашу широкополосную информационную лохань…

Эволюционный парадокс?.. Или становление IT-антропологии?..

Воистину, живём в странные времена: констатировать даже очевидный, клинически диагностируемый медицинский факт, что иной персонаж — откровенный проходимец и, одновременно, непроходимый дурак, — не политкорректно! Ложная деликатность в отношении к «психическому своеобразию» и «альтернативной психической конституции» предписывает пользоваться беззубыми дефинициями, типа: «инициативный человек с ограниченными интеллектуальными возможностями». Как-будто вследствие такой политкорректности, унизительной для всякого нормального человека, дурак поумнеет, а бессовестный опамятуется и устыдится!

Ныне переживаемый Европой миграционный (и сопутствующие ему) кризис, наиболее хлёстко ударивший по Германии, — словно исторический «противоход» гитлеровскому национализму 30-х годов прошлого столетия. Германия, неумеренно и без разбора принимая интернациональную смесь мигрантов, спустя несколько поколений словно расплачивается и компенсирует (в своём национальном сознании только лишь?) жестокие гонения народов и гуманитарное варварство во времена своих исторически обезумевших «наци»…

Германии, мещански чрезмерно размягчённой и обывательски обмелевшей в условиях национально-цивилизационного, технологически обеспеченного благоденствия, уже пора снять с себя проклятие Второй мировой, совлечь вериги исторической вины и национально-нравственного самоистязания. Нужно практиковать настоящую, актуально длимую историю, а не переживать «по кругу» рефлективные артефакты её минувших событий, в тщетной попытке «окончательного и вселенского покаяния».