Перейти к содержимому

Оказавшись однажды втиснутым в тесную камеру одинокого пребывания — скоропостижного одиночества, — был вынужден, чтобы удержать своё эго от разрушительного бунта, возлюбить этот нечаянный дар и найти в нём утешение и творчество, наслаждение и покой, чувство и мысль, невольно обретя и утвердив в нём свою и гордость, и смирение…

И так эта ценность висит наградной — тяжёлой как чугунная медаль, и драгоценной как золотая, высшей пробы — на моём самосознании…

Если «моё настоящее — единственная дверь познания» (В.Н. Муравьев), то моё прошлое — келья для воспитания чувств единства, родства и долга воскрешения, долга будущего перед прошлым, а моё будущее — мой небесный град жизни вечной, предвосхищение и искание творчества.

Каждому нужно основать свою вселенную, зажечь свою звезду, обустроить свою планету — таково многозначительное, но непременное условие творческого учреждения и утверждения личности в мире, в Сущем, без этого творческого подвига личности остающемся неполно-сущим…

Создать андроида, способного функционально заместить человека в его профессиональных проявлениях-функциях, скоро будет дешевле, чем родить, воспитать и образовать человека. Тем более — личность, способную к критической рефлексии, творчеству, нравственному восприятию…

Как согласовать сумеречное унылое смертобожничество — и рассветный восторг нового дня; усталость и пресыщенность дарами цивилизации — и дерзость творчества, которое всегда «при начале», «на пороге», в духовном зачатии?