Перейти к содержимому

Цивилизованное общество обходит и замалчивает, фактически табуирует «последние вопросы», избегает обсуждения вопросов жизни и смерти, как будто от этого они утрачивают свою актуальность.

Зимой жизни нет. И потому, слов — тоже.

Весной она размыта и разжижена мутными желаниями, хотениями талой плоти…

Летом она безнадёжно пресыщена гедонизмом, избыточностью удовольствий, полнотой экзистенциальных благ и чувственных чревоугодств.

И лишь осенью, многокрасочно свидетельствующей смерть и напоминающей о бренности, всё исполняется смысла, всё взывает и отчаянно кричит: жизнь! Всё с горячностью угасающего тепла взыскует Абсолюта…

Погибнуть — ничего не стоит, умереть — сложнее.

Раньше церковь и монастыри учили вечности, приготовляли к нормам абсолютного бытия, а нынешняя цивилизация и культура учит смерти, прививает наслаждение и восхищение ею…

Смерть обнажает Вечность…