Перейти к содержимому

Когда небо упадёт на землю, а земля упадет на крышку гроба…

Тогда… физическая сущность переступит запретную границу и войдёт в метафизические врата иной реальности.

Представим, что мы ещё не умерли... Допустим такую исчезающую вероятность, что мы все ещё — чудесно ощутимо — живы.

И тут обнаруживается, что над нашим, пока ещё не сопревшем в гумусную труху Эго — безначально и бесконечно необъятные небеса метафизической высоты, непросматриваемой глубины и истой, первородной синевы, с пробуравленными бойницами-проскважинами запредельно-непостижимого смысла…

Но созерцание такого смыслового ландшафта бытия заведомо и многократно превышает возможности эмпирического осознавания. И потому, всё же, изначальное допущение некорректно. Ибо такие смыслы вмещаются только в сознании, изрядно продырявленном и оплодороженном космогоническими червями. Ибо они есть уже благотворная радиация и завершённые конструкты психогенной атомной пыли мироздания — нетленные продукты распада эмпирического сознания.

Добро пожаловать в иное измерение бытия. Приносить с собой земное запрещено.

Живу в трёх мирах одновременно-параллельно, почти синхронно — в текущем эмпирическом, в грядущем метафизическом, и во вневременном гипотетическом, отчасти IT-виртуальном…

Случайно обнаружил, что моя банная мочалка почему-то пахнет рыбой — дешёвой, но пока ещё свежей! 8-O

Где я, в каких метафизических водах я плаваю, в волнах какой сюрреальности рыбирую, а не человечествую?!

Если бы можно было ощутить себя вековой елью, возможно, это было бы единственное и последнее желание, другие — уже излишни.

Ель — дерево метафизическое, потустороннее, трагического миропроявления…