Перейти к содержимому

Встречаются, слава Богу, люди, которые действительно, способны общаться, да так, что даже в случайных обстоятельствах — проникновенно. Но попадаются и такие, которые, имитируя общение, словоиспражняются, жёстко охамляя и оскверняя общественный эфир — громко и с апломбом, будучи уверенными, и, очевидно, пытаясь уверить в этом окружающих, что это и есть общение. Последние — это особи в состоянии «психокультурной абстиненции», личности недозрелые.

Он незаметно коротал свои дни в доме, унылыми фасадами разметавшемся вдоль трёх бульваров… Он жил свою жизнь так, как иной раз выжигает остатки топлива самолёт перед аварийной посадкой…

Его уделом и даже почти служением было включённое — причём, пристрастное! — наблюдение явлений сторонней жизни и считывание прикровенных знаков запредельной действительности. Огранённый фронтами трёх бульваров, отсечённый стихиями трёх рек жизни на зыбком полуострове своей экзистенции, он чувствовал себя призванным служить детектором трёх реальностей — физической, мезофизической и метафизической, знаменующих разные небеса. Их сияние вместе с излучением повседневной эмпирики проникало через поляризованные амбразуры восприятия и порождало в его мозге супрареалистические образы...

Окна его парадоксального бунгало выходили, одной стороной, на юго-север, другой, противоположной, — совершенно закономерно, на западо-восток. И потому из окон ему открывались иррациональные виды на квантовую реальность, которая фотонными волнами неспешно перекатывалась и корпускулярно струилась вдоль криволинейных векторов своего загадочного самосущия...

Бывают моменты, когда проваливаешься в состояние психологической многоэтажности и многоуровневости восприятия, словно навязанной плюралистичности пульсирующего сознания. В этих случаях ощущаешь, что твоим мозгом думает кто-то другой, или сразу несколько разных персонажей — многие иные, независимые ни от кого другие, ментальные призраки которых блуждают в контурах твоей психики… Принуждение к мысли, изневоливание к чувству: в эти заторможенные минуты мною думают, мною чувствуют, мною живут, отчуждая мою личность от её «родного» телесного субстрата. Словно чужая сущность арендовала мой психофизический агрегат и по собственному произволу истирает мой жизненный потенциал…

Невозможно запретить своему мозгу эту опасную игру, эту рискованную психическую продуктивность. Я бессилен остановить изнуряющее мою личность генерирование какой-то внеличной психологической и даже гиперпсихологической реальности. Всё, что мне доступно в этой ситуации, это просьба: «мозг, пожалуйста, отдохни» и молитва «Господи, помилуй!».

Можно не думать ни о чём. Чаще предпочитают не думать о чём-то.

Но иногда, когда мозг не удаётся затормозить, чтобы выйти на горизонт сознания возникает потребность думать ни о чём. Т.е. сосредоточиться в мышлении, содержание которого пусто; мыслить в условиях полного отсутствия какой-либо мысли вообще. Как возможна такая нуль-содержательная дисфункция?

Моё посмертное будущее становится всё более тревожным и… не обеспеченным! 8-O

С каждым кибер-психическим пикселем, с каждым нано-информационным шурупом, в технологическом запале и постантропном азарте ввинченным в мозг ИИ, конструируемого по образу и подобию… своему.