Перейти к содержимому

Никаких сомнений и колебаний, никакой растерянности и неуверенности, никакого сослагательного наклонения и случайности, никаких паразитарных эмоций и психологических шумов. Только волевое устремление и сосредоточенность, только решительность и настойчивость, только натиск осмысленного дела и добросовестность, только напряжение мысли и индукция нравственного чувства.

Никаких манипуляций и ложных меток, всё чистое творение.

Я твёрд и уверен, я углублён мыслью и просветлен замыслом, преисполнен знанием дела и благословен чувством правды.

Вот, импульс уже набирает потенциал, вино уже созревает, творчество оформляется... Уже источник излучает, уже волна побежала, уже благоухание добра распространяется…

И вот уже мир преображается, небо приподнимается, земля исполняется... И бытие пресуществляется и преисполняется совершенства…

Я импульс на космогоническом треке в континуальном спектре от Α до . Я ещё не Омега, но уже не Альфа, и всё же нет между ними зазора в деятельном порыве, иных промежуточных точек. Я непрерывно обновляемый источник и цель преображения мира.

Я дерзновенная метаморфоза-порыв Сущего на вечном пути от Альфы к Омеге…

Дети цивилизации, мы подобны хакерам-взломщикам — пытаемся «вскрыть» потаённый (до времени?) код Бытия. К сожалению, великая «Альфа» абсолютного алфавита (генезис и становление Мира, таинство первичного воспроявления Мультиверса) — первая буква и первое слово в Истории Сущего — нам не известна. Знание этого сакрального символа, по сути, позволило бы принципиально ответить на великий вопрос нашего существования как в его прошлом, так и в будущем пространственно-временном измерении — является ли земной разум необходимой ипостасью и императивным условием божественной мировой сущности и её многовекторной истории — и даже уже сегодня-сейчас, уже-ещё в текущем, ныне представленном, недоразвитом состоянии человечества. Или же разумное живое вещество планеты — лишь случайно проросший сквозь унылый камень косной вечности шальной побег несанкционированного сознания, экзистенциальный пустоцвет, обречённый на незаметность и бесполезность, на угасание в бесцельной чреде спонтанных кадров пульсации мирового целого…

Озираясь по жизни, высматривая и разгадывая предъявленную судьбой текучую текстуру бытия, мысленно перебираясь по заводям всеуносящей реки времени, однажды со спокойным сердцем уступаешь прихоти мысли, что всё ничтожно

И лишь тлеющая зола отжитых ощущений, лишь неугасшие переживания минувшего и обугленные временем воспоминания случайного, лишь жар видений выхолаживаемой жизни и незримый свет таинств причастия абсолютным смыслам и надпространственным инвариантам… ещё теплят выстывающую на ветру поколений и истончающуюся в селевом потоке торжествующей повседневности одинокую экзистенцию — экзистенцию, стремительно утрачивающую актуальность и готовую, словно умудрённая осенним золотом палая листва, взвихриться в вечные пределы Иного…

А бренность, между тем, по своему, деловито и неутомимо-ежечасно, длит — и преодолевает (!?) — пределы вечности! Бренность и есть императивная константа вечности, её временной шаг.

И Альфа есть лишь иначе начертанная Омега?