Перейти к содержимому

Если мир идеален — уже и совершенно, — зачем в нем я?
Если мир далек от совершенства, к чему и для чего в нем я — ветхий умом и телом, ограниченный в постигаемых смыслах, отстраненных от конкретного, но непременно голографически-вселенского грядущего идеала?
Что именно надлежит эмпирическому богозависимому существу исполнить своей жизнью; в чем его всеедино-универсальное предназначение? Вопрос безмерно строжеет в случае, если это ангельски-детское начало нового — невинного — мира, необъяснимо-трагически прерванного на стадии его чудесно-уникального становления?

Может ли преисполненная благости ткань вселенской онтологии быть соткана из ворсинок напряженно-экзистенциальных ощущений, а вечность — сочленена из бесконечного множества мгновений букашечных переживаний?..

Мусорные, сущностно-никчемные «дела» повседневной жизни забивают и засоряют — как песок, как пыль, забивающая углы неухоженного жилья, — время жизни в ее принципиальном и высшем смысле. Ускользает сама жизнь в ее творческом предназначении и наполнении; остаются лишь «онтологические опилки», но нет истинного бытия…

Очень жаль, что не удаётся разглядеть даже сотой доли той миллионной части несчётного числа звёзд, которые доступны для созерцания соседнему обывателю... при условии, конечно, что обыватель взглядывает — хоть изредка, украдкой и со смутным чувством собственного неисполненного астрочеловеческого предназначения — на звёзды!

Со всех сторон обступают и напирают люди потребительской породы: с одноразовыми телами, одночувственными душами, одномысленными мозгами… Цивилизационные упыри, влекомые высокотехнологичным зовом глобального пожирательства в пустоты безбожного времябытия, повсеместно и повсечасно порождающие септики и мусорные свалки отхожего психоматериала. Психотический удовлетворизм прихотей своего Эго как наркоз, обезболивающий тоску по истинному предназначению… Смыслы — под прогрессивным запретом, ибо неутилизируемы. Чур, чур!

Ответ на вопрос о смысле жизни универсален и психологически инвариантен, доступен всякому в его простейшей рефлексии.

Этот ответ для каждого отдельно взятого человека — понимание им смысла своей жизни — прост и естественен как дыхание: нужно исполнять своё предназначение, стремиться раскрыть благоданный потенциал своей сущности, реализовать в полной мере замысел Божий о человеке в его конкретном частном — сугубо личном — выражении...

Понять же свое предназначение «от Бога», «от природы» — почти жизненный подвиг, сопряжённый с бытийственными рисками, требующий инициативы, вариативности сюжетов жизни, иногда всей жизни — увы, без гарантии конечного результата.