Перейти к содержимому

«Технологическая склейка» — дети в любую технологическую эпоху, примерно, одинаково эмоционально воспринимают достижения цивилизации на момент своего осознания-детства: игрушки и занятия их времени играют, примерно, одинаковую роль в их эмоциональном развитии и восприятии мира, независимо от технологического уровня самих игрушек, гаджетов, других детских инструментов и способов постижения мира. Ни больше радостей, ни меньше восторгов в разных поколениях детей, даже принадлежащих совершенно разным и продвинутым технологическим эпохам. Очевидно, в интеллектуальном становлении и развитии технология может открывать бо́льшие возможности (но далеко не всегда реально обеспечивает их, особенно с учётом издержек).

Зато родители, напротив, всегда и очень остро (а иногда и болезненно) ощущают «технологический разрыв» отцов и детей...

В России (и в мире в целом) очень много — негуманно много! — нелюбимых детей, даже совершеннейших, безгрешных и беззащитных крох.

Это не про сирот. И даже не про больных, с физическими аномалиями, и ущербных созданий.

Невозможно возместить этим невинным существам действительный ущерб — наносимый не обществом «вообще», а отдельными индивидами, число коих по трагической для нации закономерности подчиняется закону больших (драматически очень больших) чисел…

Небосвод этих ангелов безвозвратно и навсегда утрачивает свет своего чистого сияния,  он грязно пачкается и метафизически рушится — катастрофически и для них, и для их родителей, и для всего общества.

Нелюбимые и недолюбленные дети, столь же закономерно и «естественно» — не в отместку, а инстинктивно по зову искажённой природы и «кривой» социализации — пропитаны ответной, встречной — соразмерной и «симметричной» — нелюбовью, иногда граничащей с ненавистью и выливающейся в жестокость, к своему нелюбящему людскому окружению.

Общество, инфицированное нелюбовью и просоленное слезами детей, психо-социальная ойкумена нелюбви…

И это ещё не заоблачные вершины развитой «цивилизации», т.е. не адски-бездонные пропасти оравнодушивания и упадка!

Любовь — это тяжкий, но высокий труд, это непрерывно-сознательное усилие и удвоенно-ответственное отношение к другому.

Господи, когда же мы опамятуемся, когда начнем жить в трудах и трудиться жизнью? И жить любовью…

Полночь второго января — «спят усталые игрушки»: родители в новогоднем обороте своих обызрадованных детей, наконец-то, отдыхают от ватных чудес Деда Мороза…