Перейти к содержимому

Осень... Провиденциальное время года, предъявляющее счёт человеческим деяниям и подытоживающее жизненные свершения личности…

И, одновременно, — дарующее смертному неиссушаемую надежду на личную космическую неизмеримость, всюдность и всегдашность — надпространственность. И приоткрывающее благостно-бесконечную перспективу многотрудного восхождения к непостижимому Иному...

А ещё — предчувствие своей никогда непереставаемой вселенской значимости и... сопричастность музыке Сфер в сени Гармонии — не только грядущей, а ныне, и присно, и во веки веков пребывающей!

Да здравствует не палящий летний зной и некрушимый железобетон самодовольного оптимизма, а мягкая осенняя тёплость и зябкая неуверенность бытия!

И вот уже не бесстыжий гламур летних красок жизни, а грустящее увядание сожалеющей и растерявшейся пышности цвета!

И вот уже не жар нетерпеливого влечения, а хрупкость чувств и бережность отношений!

И вот уже не буйная компания случайных товарищей, а успокоенное созерцание проницающей одинокости.

И ещё — несчётная россыпь звёзд: мерцающее в полуночном свете созвездие надежды Жизни грядущей и поджидающего пакибытия!

Сопричастных обнимаю сентябрём и целую осенью!

Неуспешность любых попыток ментально «схватить», полно эксплицировать и внятно выразить — не то чтобы рационально, а хотя бы словом — ощущение сопричастности Бытию, несобственное чувство всеединства указывает на то, что это чувство непосредственное, оно присутствует в нас изначально и что оно, как врожденный рефлекс всего живого, выше процессов сознания и подсознания. Его сфера — чувство-вера и надсознание.

Какая мощь, какое величие замыслов и свершений цивилизации, какая поступь всезнающих технологий! Какая душепоглощающая энергия! Душа немеет в невыразимом восхищении и непонятном ей самой восторге от непостижимого — непостижимого, брутально-бесцеремонно подавляющего растерянное, разъятое на частные интересы сознание. И из неконтролируемых глубин психики поднимается обжигающая волна иррационального восхищения… И восторг, и трепет, и непрошеные слёзы наворачиваются на глазах, и ноги ватно немеют под разумом, отягощённом предосознанием сверхпостижимой реальности. И в душу прокрадывается ощущение детски-священной подавленности, а в её непроглядных закоулках вызревает и расцвечивается впечатлениями исподволь внедрившаяся гордость и чувство сопричастности этому непостижимому… которое как-то незаметно и непонятно, и совершенно бесцеремонно становится соизмеримым и созначимым гармонии вселенского масштаба и уровня…