Перейти к содержимому

— Я проваливаюсь в пустоту…

— Не тревожься, Я же с тобой!

— А ты — это кто?

— Мой ответ зависит от твоего ответа на встречный вопрос: «А ты сам — кто»? Ибо именно твоё самоопределение и задаёт, в конечном счёте, тот конкретный образ, в котором Я предстою тебе…

— Я не могу сейчас определиться. Я не уверен… Моя точка сборки теперь за горизонтом моего сознания!

— Тогда Я, скорее всего, твое подсознание. Я — твоя гиперментальная вибрация — надпространственная, но резонирующая в контурах твоей рассредоточенной психики. Я внеположен твоему рацио, но сопряжён — внепричинно — с ним.

— Я постараюсь сосредоточиться…

— Тогда Я смолкну и погружусь в тень.

— Останься!..

— Но Я продолжу бодрствовать в лоне твоём и останусь на страже!

— Как я удостоверюсь, что ты не покинул меня?

— Я приму иной образ в твоём психическом расплаве.

— Страх может поглотить меня!

— Не тревожься, Я же с тобой!..

Иногда возникает потребность ощутить себя невостребованной вещью, запихнутой и забытой в глубокой утробе старого чемодана на уединённой полке глухого хранилища, куда не проникает ни свет, ни звук. И сосредоточиться там, и почувствовать свою защищённость, и упокоиться в этой нечаянно случившейся забытости...

Западный социум: каждый делает своё дело — профессионально и ответственно (и меркантильно). А в целом, вместо оптимальной организованности социоприродного бытия, вместо взаимосогласованности и социальной гармонии и развития личности — социальная какофония, профанация смысла жизни отдельного человека и всей цивилизационной парадигмы!

А Россия… она, эта-а-а… она определяется и сосредотачивается… Вот!