Перейти к содержимому

Конкретное проявление жизни изначально и всегда бренно; отдельная жизнь обязательно и всегда конечна в своей природной логике, жизнь и миг бытия — это разные определения одного и того же феномена, это синонимично-параллельные понятия и тождественные явления.
Бытие же вечно, но это уже сверхжизненность, это непрерывный континуум жизней, каждая из которых самоценная и равноценна любому другому экзистенциальному вектору. Для биологического индивида такое возможно только при сверхбиологическом преобразовании жизни, традиционно длимой на хрупком клеточном субстрате, в надбиологическую форму жизненности, развертываемую на качественно ином субстрате, в бессубстанциальном виде (информационный тензор, компьютерная нейросеть?).
Если человек как представитель биологического вида ищет бессмертия, он должен распрощаться и отречься от своей чувственно переживаемой экзистенциальности, которая-то и составляет психоэмоциональную суть жизни. Психологический теин в экзистенциальном чаю...
Бессмертие и жизнь, в определенном смысле — явления противоположные. И да здравствовала бы именно жизнь как трагический опыт переживания состояния психобиологической, глубоко индивидуально окрашенной активности, если бы... по ту сторону бренного существования — за горизонтом его эмпирически мимолётного мига — нас ждала сверхэмпирическая — и сверхнравственная, сверхсознательная — бытность...

Чем глубже и точнее научные представления о космосе, тем меньше в них места для абсолютного вакуума.
Иначе говоря, сокращение космологического вакуума приводит к сокращению физического вакуума — в понимании космических явлений и процессов, что для нас значит — и в самом физически реальном космосе.

Космос фонит жизнью и радиирует разумом во всех возможных спектрах излучения этих феноменов.

К логике разрешения парадокса Э. Ферми.

1. Цивилизации предшествующих миров/локальных констелляций вселенной/галактик/звезд/планетных систем, т.е. возникшие намного раньше солнечно-земной (например, во время существования галактик, звезд и планетных систем предыдущих, по отношению к Млечному пути и Солнечной системе, поколений): если их восходящее развитие к моменту коллапса собственного цивилизационного лона позволило им избежать гибели, то к настоящему моменту панвселенского времени эволюционно выработанные ими формы разумной жизни существенно превосходят первичную/базовую в условиях организованности их планетных биосфер форму жизненности (например, биологическую белково-нуклеиновую, телесную, связанную с физиологией — в организованности земной биосферы). Это может быть энергетическая, информационно-квантовая форма, Ψ-фотонная радиация, т.е. нематериальная, принципиально бессубстанциальная — абсолютно универсальная, проявляющаяся в виде космических излучений, взаимодействий и полей (например, гравитации?). Уровень развития этих кластеров космоноосферы настолько высок, что в своих формах проявления разумной жизнедеятельности они для грубо-материального восприятия земного человечества представляются сверхтонкой/скрытой материей/энергией (особого рода материально-энергетически-информационной сущностью), нерегистрируемой современными научными методами и непознаваемой в рамках выработанной человечеством естественнонаучной картины мира. Иначе говоря, современный методологический, научно-технический и научно-технологический инструментарий не способен распознать проявление внеземного творческого разума и идентифицировать его именно как активность экзоцивилизации.
2. Инопланетные цивилизации-современники земной, принадлежащие одному поколению очагов разумной жизни, эволюционировавшие параллельно человечеству в биосферах своих планет, схожих по своим параметрам с биосферой Земли. Очевидно, схожесть условий эволюции коррелирует с характером и скоростью самой эволюции жизни и ее разумных видов. Следовательно, научно-технологическая зрелость этих цивилизаций находится примерно на одном уровне (плюс-минус некоторый свободный астрономический член, выражающий специфику собственной звездной системы и ее планетной структуры). Цивилизации, схожие по времени возникновения и характеру развития с земной, еще не достигли, как и мы, уровня технологической зрелости, достаточного для самостоятельного проявления в космосе, обнаруживаемого сторонним, технически равномощным наблюдателем. Возможности и факты космической активности ноотехносфер этого класса сопоставимы, а именно — близки к абсолютному «космологическому нулю», и потому не поддаются обнаружению. Различимых следов их присутствия в космосе фактически нет, равно как и сам космос для них цивилизационно пуст!
3. Особое место в атласе инопланетных цивилизаций могут занимать цивилизации того же или младших, относительно земной, поколений, но развивавшиеся/развивающиеся в принципиально иных условиях/среде жизни. Цивилизации, возникшие и развивавшиеся в принципиально отличных от биосферы Земли условиях (например, в рамках гипотезы К. Сагана о возможности существования в верхних слоях атмосферы Юпитера трех форм жизни на основе аммиака), возможно эволюционировавшие на порядки быстрее, чем это происходило в биосфере Земли, — такие цивилизации, столь же вероятно, могут быть представлены в резко отличных от земной формах разумного присутствия в динамике космоса; тогда и их цивилизационное участие в космических процессах может носить столь же «неземной» характер, нераспознаваемый в логике научного восприятия человечества.
3.1. 
Если эти цивилизации смогли/успели достичь уровня развития, достаточного для космологически значимой активности в универсуме, то, как и в случае цивилизаций старших поколений, проявление их форм разумной жизнедеятельности с необходимостью должны иметь универсальную, «природоподобную» основу (разновидность космического излучения, плазменных волн?); это сверхбиологические (в терминах биосферы), сверхчеловеческие виды и формы, превосходящие представимые в рамках земного мировоззрения образы и формы внеземного разума.
3.2. 
Если эти цивилизации в своей научно-технологической зрелости не превосходят уровень развития земной цивилизации, то их присутствие в космосе ничтожно или вовсе отсутствует — как для всего класса «солнечных цивилизаций» в целом.

Таким образом, осуществляемый в нынешнем виде поиск инопланетных цивилизаций бессмысленен; парадокс Ферми вскрывает парадоксальность самой постановки вопроса о поиске иноразума, заведомую методологическую и практическую безуспешность его решения, ибо человечество в своих программах поиска внеземного разума (SETI — Search for Extraterrestrial Intelligence) ищет не то, не там и не так!
Более продуктивная методология поиска заключается в сосредоточении научного аппарата на исследовании феноменов, выходящих за принятую и научно-узаконенную современную картину мира, на изучении явлений многозначной реальности, выходящих за круг позитивно наблюдаемых/устанавливаемых/фиксируемых фактов, а значит — и в выработке новой физики, сопряженной с новой метафизикой — физикой явлений высшего разума (вселенский разум/мировая душа, Единое, Абсолют, Бог).
Логически и технологически целесообразно не земному человечеству искать инопланетные цивилизации, следы их космокультурного проявления во вселенной, а наоборот, обнаруживать следы встречного поиска самими этими возможными космическими сверхцивилизациями нас, нашей цивилизации (и возможные факты их соучастия в организованности земного бытия, их осторожного контакта с нами)! Не сканировать вхолостую просторы космоса, а исследовать явления тонкого мира, факты и артефакты на стыке физического и метафизического проявления реальности мира, т.е. выявлять и подтверждать свидетельства существования иных цивилизаций не в космических событиях, а в социальной и научно-технологической истории развитии самого планетарного человечества.

Космос, т.н. вакуум — мощный и неутомимый реактор и генератор жизни во всем вселенском многообразии ее божественных проявлений...
Гипотеза вселенской панспермии не только объясняет «происхождение»/ «возникновение» жизни на Земле, как закономерно-вероятностное проявление космического феномена на планете, но и гарантирует жизнеобитаемость многих иных планет, а значит — и множественность ареалов разумной жизни, и тогда уже, неизбежно, — многообразие мировых космических цивилизаций.

Испытывая аргументированное недоверие к жизни вообще как мировому феномену, создающему вселенский онтологический риск, он проявлял глубокий исследовательский интерес к жизни собственной — и именно в понимании ценности существования.
Экзистенциальная горечь как специфический психостимулятор бытия…