Перейти к содержимому

Поток жизни, биологически горячей струей пронизывающий абсолютный холод вечного Бытия, закручивается для эмпирического существа экзистенциальным смерчем. Вихрь локального бытия — Я-явления — как судьба человека…
Агрессивно-жадная бренность, физиологически-унизительное крепостничество и творчески-усечённая дерзость существования — вот нравственная морфология и онтологическая топология ветхого человека, эмпирический предел его сущности…

Точка встречи вечных, геологически могучих, стихий — море, горы, небо — точка «сингулярности» человеческой души…

…Слишком много эмпирического, биосферного, дарвинистского, чувственного, бьющего по самосознанию и превышающего в своём натиске возможности психофизиологического разрешения слуха, зрения, системы пищеварения, нервных окончаний ветхого человека…

Ожидание, предчувствие творчества в утро неполуденное…
И вся новая натура человека, сама его преображенная сущность будут звенеть от творческого напряжения и рваться наружу, и избытствовать, восторженно не вмещаясь в эмпирическую данность и стремясь дерзко превзойти ее…

После авторитетных заверений высокоучёного мужа в том, что в течение ближайших миллиардов лет физическое небо гарантированно не упадёт на физическую землю, — после столь утешительного ручательства… небо метафизически, в глубине эмпирического сознания, рухнуло на землю…
Небесами оземь — ни земли, ни небес…