Перейти к содержимому

Иногда тайна личного «жития» приоткрывает неожиданный «бэкстейдж»: человек, пребывающий в «естественной» (как «неотъемлемое право» разумного существа) уверенности, что он живет свою жизнь, является субъектом своего личностного мира, обнаруживает, что в фактической эмпирике он захвачен жизнью как особого рода объект — носитель жизни и объективатор жизни как самодовлеющего свойства мира.
Всмотревшись в клубение повседневно жизненных и судьбинно экзистенциальных случаев, разложив по аналитическим стеллажам большие и малые события «своих» дней, он неожиданно понимает, что их череда, их содержание, их настоятельность были обусловлены вовсе не собственной волей, а какой-то внешней силой бытия, исподволь, неумолимо, но иногда почти незаметно для сознания принуждающей к исполнению неизвестно кем и как предписанных действий.
Канва жизни, среда бытия как форма определяет (в рамках закона больших чисел) личность в ее жизненных функциях как содержание этой формы. Форма существует, бытийствует содержанием; содержание исполняет форму. Жизнь как объективное космологическое свойство подчиняет своему закону субъективные функции жизни; личность своей жизнью реализует вечный закон жизни… Это не об организованности биосферы, это о разумной воле единичной жизни — о самосознании жизни…

Наш Бог — еще только учится быть всемогущим и всеблагим Богом, и он бог не самого высокого уровня, не истинного неба. Отсюда все земные несуразности земного бытия, несогласующиеся с логикой божественной воли и высшего замысла о мире и человеке. Наш бог — становящийся Богом…
Земные небеса — небеса лишь планетного, не мирового, не вселенского уровня. Меры божественности различны, как учил гностицизм…
Подлинное совершенство и полнота благобытия — от Бога Высшего мира. Это Абсолют. Земная благодать и эмпирическая чудесность — от Демиурга, божества падшего, материально-энтропирующего мира. Это история разумной воли в Универсуме.