Раздел: Прологизмы

Мысль не только внепространственна, она и вневременна, точнее — всепространственна и всевременна.
Но можно предположить и существование определенной пространственно-временной зависимости проявления мысли — феномена психохронотопа. Фиксируя время, получаем определенную пространственную характеристику мысли (протяженность, топологию, точку Универсума?); фиксирую пространство, получаем время мысли (актуальность, эпоху…); наконец, фиксируя саму мысль, получаем определенный ею хронотоп?

Непонятна популярность идеи параллельных миров, которая как будто способна что-то объяснить, или хотя бы теоретически упростить представление о том, пока единственно воспринимаемом, мире, в котором эта мысль проросла неведомыми логическими путями. На самом деле, вместо одного Непостижимого теперь — все то же Непостижимое и, дополнительно, сверх него, еще одно — Абсолютно Непостижимое, со сложной структурой бесконечной вложенности и ветвлений бесконечных бесконечностей в мегабесконечное!
В то же время, Мир, даже в явленных его деталях, многослоен, нелинеен в своей структурности и организованности, он топологически многосложен и многосвязен, а значит и онтологически многомерен.
Не параллельные миры, а смежные миры, сосуществующие одновременно и взаимопроникновенно, космологически воспроявляемые и онтологически раскрываемые на одной субстанциальной подложке. Это со-миры или ко-миры — ковариантные миры. Это сквозящие миры: интерферирующие, и возможно когерирующие, взаимопроникающие, но остающиеся автономными миры…

Христианский догмат о Страшном Суде основан на классическом понимании действия закона сохранения в замкнутой системе — для того, чтобы одни по итогам Судного дня могли войти в Рай и обрести заслуженное блаженство, необходимо, по закону сохранения, чтобы другая часть мира была низвергнута в Ад и погрузилась в вечный ужас. При этом в результате эсхатологической поляризации в оценочном пространстве «добро–зло» испытываемые страдания грешников в своем абсолютном выражении, чувственном напряжении и категорической неперерешаемости соразмерны блаженству праведников, и они, очевидно, «статистически» сбалансированы с неизменной суммой.

Наличие проблемы говорит о наличии ее выявляющего инструмента — сознания.
Итак, проблематичность — радостное свойство разумной жизни, позволяющее детектировать объективный мир и удостоверять субъективное бытие.
Если человеку есть над чем задуматься, значит есть чем. Значит есть кто, который в этом мире —Я.