Перейти к содержимому

Изначальный смысл кладбища — схоронение-сохранение тел до будущих времён всеобщего воскрешения. Похоронить, схоронить — значит сберечь от тлена и природной порчи тот телесный остаток, который может служить — прямо и косвенно — естественным хранилищем и источником первичных знаний о человеке, который является «твёрдотельным», но подверженным распаду, архивом информации о том, что за личность обитала в угасшем теле, обратившемся теперь в прах.
В цивилизационных условиях информационного общества, в насыщенной IT-среде Индустрии 4.0+ характеристическая модель человека получает возможность предельно полного и многопрофильного отражения своеобразия личности, ибо средства формирования самой модели — информационного слепка индивида — постоянно совершенствуются и обновляются, становятся более разносторонними и эффективными. Сущностное описание человека и, в технико-методологическом смысле — личности, может проводиться разнообразным научно-технологическим инструментарием. Индивид в различных его проявлениях-ипостасях может быть информационно эксплицирован, структурирован и оцифрован ещё при жизни, причём при его собственном инициативном и заинтересованном участии и активном содействии — это и генетические исследования, и антропометрические данные, и медицинская информация, и следы творческой активности личности, его психообраз и др. качества-измерения его индивидуального своеобразия.
При этом тело не является единственным и исчерпывающим источником информации о человеке, и потому останки теряют то сакральное значение, которое требовало непременного схоронения этого материального источника знания о человеке. Тело может лишь дополнить банк информации, и это можно сделать с достаточной полнотой еще при жизни человека. Тело не нужно больше хранить, его информационная мощность в технологической среде Индустрии 4.0 и последующих технологических укладов постепенно снижается, уступая в анастатической значимости собственно информационной модели, аккумулирующей многие нетелесные аспекты индивида.
Телом можно распорядиться иначе, более «эффективно». Вместо кладбищ и похоронных курганов — сады, каждое дерево которого «вскормлено» прахом умершего человека. Сады и рощи на прахе бывших обитателей социума. Или даже коллективные рощи-«лужайки», возросшие из праха родовых сообществ (или пресловутой «группы товарищей»). Или это цветочные хороводы ушедших предков…
После смерти человека надо извлечь недостающую информацию и, превратив останки в наиболее эффективную форму праха, посадить и взрастить в нём дерево — древо ушедшей жизни.

Повсюду множатся и увековечиваются памятники монументальной херни, воздвигаются многоликие идолы «станковой» глупости (благо, что «станки» в IT-инфраструктуре абиотически размножаются с сетевой скоростью), фантомятся I-net кумиры личностной состоятельности.

Всякая чушь и микроскопическая мысле-вошь непременно претендует на глобальность, заявляет себя как императив разумной жизни, усердно прессует из подручного интеллектуального мусора пьедестал для своего планетаризма.

Несокрушимый пиар-апломб: «амбициознее, громче и тупее!»

В информационном обществе, на прилавках цифровой экономики — вязаных шерстяных носков не сыскать! :-(

Сущности не стоит умножать, но их можно фальсифицировать, возомнить. Информационный Универсум: цифровые галактики, цифровые звёзды и планеты, цифровая биосфера, флора и фауна, цифровой прибой мнимого океана, цифровые дожди, оцифрованный запах виртуально палой информационной листвы, информационно перепрелой в боксах… таки физически-реальной памяти... искусственного таки интеллекта!

Виртуальная правда реальной истины — технология цифровой подмены действительных ощущений многомерно изощрёнными мнимостями...

Если фальсификат не отличается от оригинала, то он и есть оригинал.

Всё круче вздымается новая волна мирового язычества — язычества, постулируемого и утверждаемого планетарно возникающим технологическим укладом и цивилизационным состоянием информационного общества. Это ноо-технологичное киберязычество.