Перейти к содержимому

Вечность разъята и продырявлена пустотами ничтожества мгновений, Абсолют проклят мерой «сего дня» и распят на колесе неутомимой пошлости.

Небо кончилось и смыслы перестали. Сома заржавела, Эго окислилось и душа утомилась…

Существование трагически отлучено от бытия. История жизни наспех дописывает последние главы…

Не жизнь, а азбука Морзе — точки и тире: бодрствование — сон; осмысленность — «мешочность» сознания; чувствование — апатия; активность — растительное состояние…
Сигналы в иную реальность? Будет ли в ней моя история жизни представлять интерес?

Самое отвратительной свойство смерти и самый дурманный психологический признак её приближения — то, что этот катастрофический срыв Бытия (даже не личного, а мирового, ибо за пределами личности нет и воспринимаемого ею мира!) в Небытие, наступление катастрофического события однажды становится приемлемым. В какой-то момент истории жизни погибельный «зов смерти», психологический переход сознающего существа через экзистенциальную точку Омега представляется в целом не только допустимым — физиологически обоснованным, ментально мотивированным и чувственно согласным, — но даже и желанным как завершение «изъезженной» эмпирики…