Перейти к содержимому

Пространство жизни есть космологическая реализация антропного принципа, который служит зашифрованным ключом к пониманию того, почему вселенная устроена так, что в ней проявляется жизнь, включая ее разумную форму.
С точки зрения биогеохимической энергии антропный принцип — это хиральность пространства как результат поляризации физической ткани универсума, возникновения кластеров неоднородности с отвечающими им особыми свойствами — рацемическими и хиральными. Хиральное пространство — это эффект структурной диссимметрии вселенной, обуславливающей пространственно-временную геометрию жизненных процессов.
Таким образом, диссимметричное пространство изначально есть пространство жизни как проявление свойства хиральности. И потому Жизнь — его обязательный, необходимый атрибут. Вселенная физикохимически обречена на жизнь — таков атомный компонент божественного Замысла о мире.

Конкретное проявление жизни изначально и всегда бренно; отдельная жизнь обязательно и всегда конечна в своей природной логике, жизнь и миг бытия — это разные определения одного и того же феномена, это синонимично-параллельные понятия и тождественные явления.
Бытие же вечно, но это уже сверхжизненность, это непрерывный континуум жизней, каждая из которых самоценная и равноценна любому другому экзистенциальному вектору. Для биологического индивида такое возможно только при сверхбиологическом преобразовании жизни, традиционно длимой на хрупком клеточном субстрате, в надбиологическую форму жизненности, развертываемую на качественно ином субстрате, в бессубстанциальном виде (информационный тензор, компьютерная нейросеть?).
Если человек как представитель биологического вида ищет бессмертия, он должен распрощаться и отречься от своей чувственно переживаемой экзистенциальности, которая-то и составляет психоэмоциональную суть жизни. Психологический теин в экзистенциальном чаю...
Бессмертие и жизнь, в определенном смысле — явления противоположные. И да здравствовала бы именно жизнь как трагический опыт переживания состояния психобиологической, глубоко индивидуально окрашенной активности, если бы... по ту сторону бренного существования — за горизонтом его эмпирически мимолётного мига — нас ждала сверхэмпирическая — и сверхнравственная, сверхсознательная — бытность...