Перейти к содержимому

На склоне дня, в положенное время загустевшего сумерками, по обыкновению выдвинулся на стандартную диспозицию — берег неспешно истекающей реки. Обозрел знакомое хозяйство, учинил штатную ревизию.

Деревья на берегу — исправно листвят кудрявыми кронами, добросовестно декорируя явление жизни. Река — всё ещё продолжает сносить свои нескончаемые дарованные воды в какие-то метафизические стоки. Луна — по регламенту выдвинулась в положенные сферические координаты и заняла надлежащую позицию на безгрешно угасшем небосводе. Звёзды… Звёзды тоже все на своих кем-то обозначенных местах и стойко «зависли в прописанных для них галактических констелляциях и туманностях и даже профессионально источают вполне волшебный — тоже дарованный? — свет куда-то вширь вселенского необъятия…

Удовлетворившись результатами обхода, деликатно интегрировался в скудеющий красками холст скромного бытия в рамках предъявленного на сей ускользающий миг его фрейма…

Как вечер, так над моей обременённой заботами гаснущего дня головой начинают назойливо кружить и раскатисто жужжать разнообразные, совершенно фантастические МНЛО. Но это вовсе не Межгалактические НЛО, не пришельцы из запредельных космических глубин, а некие летательные сущности, которые невозможно уверенно разглядеть в густеющей синеве вечернего неба, в вязкой оптике сумерек, и, соответственно и истинно, распознать. Не удаётся захватить этот дерзкий феномен рассредоточенным вниманием и слабеющим зрением, а значит и идентифицировать эти вселенские цели, что для меня, как специалиста ПВО особенно досадно!

Так и хреначат безнаказанно в суверенном пространстве моей личности с небесным громом над бедной головой неопознанными — мною! Мною Неопознанные Летающие Объекты — МНЛО…

Бл-я-я-я! Клянусь космической пылью Вечности!

Формула «Vox populi, vox Dei» справедлива лишь в условиях «плавного» эволюционного процесса общественного бытия. В режиме же явной и существенной нестационарности социокультурной динамики эта формула не только не валидна и не отражает весь реальный динамизм (и драматизм!) явлений, но и вводит в опасное заблуждение, ибо утробный «зов» толпы может вынести влекомый этой потребительской песнью бизнес-сирен социум на стремительный «хайвэй» общественного небытия, выбросить его на «вылетную» магистраль, ведущую к исторической пропасти, «ибо непостоянство толпы всегда граничит с безумием» (Карл Великий), тогда как незвучный глас одинокого праведника способен ненавязчиво указывать на трудную, приметную лишь одному ему, но спасительную для всех тропу преодоления переживаемых тягот социального бытия.

Да, толпа, в отличие от роя мух, может ошибаться! Ибо у мух нет свободы воли!

Космос всегда открыт, безграничен, бесконечен и творящ — внутренне безгранично и бесконечно же в этой открытой внешней безграничности и бесконечности Всего. Он неутомим и одухотворён в длимом творении непостижимо бодрствующей субстанции универсального Бытия, ткани вселенской экзистенции — в генезисе иных миров, в отважном почине новых звёздно-солнечных систем и жизненосных планет. Он постоянно креативит небывалыми ойкуменами овеществления, осуществления, ожизнения и осмысления; неостановимо зачинает жизнь в немыслимых космических биосферах; терпеливо взращивает эгоинтичную рефлектирующую психику и мудро селекционирует благорадостно проросшую и чудесно вызревающую жизнемысль. Он добровольно и доброжелательно соработничает с тем, что духоответно, жизнестремительно взошло, продолжая трудолюбиво вспахивать неоскудевающую ниву пустоты, «недотвореённости», которая, в ином восприятии, и есть именно долг, ответственность и потенция творения.

Он целестремительно интенцирован полюсом потенциально, богооткровенно возможного, непрерывно пульсирует происками «чего-то нового», нервируется и затевает небывалые «коктейли» бытия, генерирует и тестирует логические комбинации и узоры галактических квантов сознания различных масштабов и форматов — немыслимые паттерны и взвеси вселенской экзистенции. Неунывающий экспериментатор, неиссякаемый источник замыслов о сущем и авантюрист-инноватор. Бог сущего.

Богосущность — творчески вызревший деятельно-волевой панпсихизм…

Эмпирический человек, в принципе, не может оставаться безгрешным; в эмпирической действительности невозможно сохранять непорочность своей «дольней» сущности, ибо она и есть закономерное произведение эмпирических стихий.

Естественно-природная, родовая неискупленность — изначальный камень на его пытающейся воспарить в небеса благочестивой душе (которая, по меткому выражению Тертуллиана, «по природе христианка»!).