Перейти к содержимому

Метка: пространство

Опубликовано

Безначальность и бесконечность — необходимые и самые «естественные» атрибуты Бога, неисчерпаемости и многообразия его феноменологии.

Безбрежность во всех измерениях и смыслах: от безначальной простоты до бесконечной сложности организованности мира; от бесконечности малого (атомная и субъядерная структура мира) до бесконечности большого (процессы мегамира); бесконечность пространства и неизмеримость времени в любых направлениях; бесконечность становления и вечность преодоления энтропии как шлака самоорганизации.

Опубликовано

Дух бодрится вечностью и... угнетается бренностью; он сладостно томится творчеством неясного, сверхпредставимого нового, но пожираем вирусом эмпирического, экзистенциально повседневно-банального…

Опубликовано
  1. Выходи на максимальную дистанцию — проживи долгую жизнь в крепком здравии тела, неутомимости души и бодрости ума.
  2. Выложись до предела — раскрой свой творческий потенциал для общества и истории.
  3. Сконцентрируйся на главном — излучай счастье и радость бытия в пространстве своего окружения, во времени своей благословенной жизни и эонов последующих эпох.

Опубликовано

Время — словно поток полноводной реки, которую сложно перекрыть, создавая стратегический запас вод и технологически преобразуя их потенциал в энергию для потребления на нужды развития, создавая «холостое» Пространство (Space) и обращая его в исполненный ликующим бытием Космос.

Перспективное развитие идеи овладения временем и пантократизация задачи времятворчества, выдвинутой В.Н. Муравьевым, — запрудить пронизывающий «универсальное» бытие поток времени и использовать неосязаемый аккумулят «времяхранилища» в космологическом устроении мироздания, возделывании Космоса из темной субстанции Хаоса, по мере необходимости, причем — в каком-то преобразованном виде, как энергию миротворческого действия.

Опубликовано

Интересен «эффект внешнего наблюдателя»: в отстранённом восприятии — со стороны — всё или многое кажется упрощенным, безмятежным, счастливым.

Из окон вечернего города, как будто, струится особый бытийный (и расслабленно-бессобытийный) дух. И кажется, что каждое светлое пятно на лике жилого убежища «свидетелей жизни» — вход в какое-то пространство особой психоэмоциональной размерности, в котором творится и свершается невероятно интересная, фатально счастливая, удивительно удивительная жизнь — явно не в пример той, которая преисполнена неотвязных забот и постоянных тревог…