Перейти к содержимому

Цивилизованное общество обходит и замалчивает, фактически табуирует «последние вопросы», избегает обсуждения вопросов жизни и смерти, как будто от этого они утрачивают свою актуальность.

Тема смерти бренного индивида в контексте неиссякаемого бытия Сущего не менее непостижима, чем другая, более «стандартная» тема — мимолетной экзистенции в ткани бытия Абсолютного!
Смерть обретает атрибут бесконечности именно в явлении бесконечности жизни…

Зимой жизни нет. И потому, слов — тоже.

Весной она размыта и разжижена мутными желаниями, хотениями талой плоти…

Летом она безнадёжно пресыщена гедонизмом, избыточностью удовольствий, полнотой экзистенциальных благ и чувственных чревоугодств.

И лишь осенью, многокрасочно свидетельствующей смерть и напоминающей о бренности, всё исполняется смысла, всё взывает и отчаянно кричит: жизнь! Всё с горячностью угасающего тепла взыскует Абсолюта…

Человек — кожаный чулок, набитый прахом…

Погибнуть — ничего не стоит, умереть — сложнее.