Перейти к содержимому

Биосферно-земной «насквозь-человек», не «испорченный» космическими сомнениями, не облученный космическим сознанием или даже подсознанием, потребительски презирающий влияние Космоса — это, в сущности, и есть эмпирически выкованный «сверхчеловек», если измерять его потенциал по критериям хищного захвата ресурсов, бездумной деформации наличного бытия, и обезображивающему это бытие цивилизационному напору в мире, беспредельность которого означает для земного туземца неограниченность его «естественных прав» владения.
Это герой нашего века, исторической эпохи, геологического эона. Персонаж эволюционной прозы…

Наше восприятие безусловной объективности Мира — сугубо субъективное, личностное, пси-условное!

Пси-обусловленность реальности — принцип, смежный и дополнительный к антропному принципу!

Между «большим» космосом и его частным образом в сознании отдельного индивида — зазор в человеческое воображение и познание, создающий дуалистическое расслоение реальности.

Космос интригует вопросом: «Есть ли разумная жизнь во Вселенной?»

Воспринимая критически факты и явления планетарной социально-политической организованности, задаёшься вопросом: «А есть ли разумная жизнь на Земле?»

Переход в смежные и параллельные пространства, в иные времена и другие размерности — не в искривленной пространственно-временной топологии Космоса, не в мега-мире, а через духовное состояние, через измененное состояние сознания — так открывается иная возможная, запредельная реальность. Тогда совершенно по-другому обнаруживается роль и космопланетная функция сознания — автономного и инвариантного экзоразума. И тогда посмертное состояние человека — переход в другой мир именно по его сознанию, а не по овеществленным достижениям и объективным качествам его жизни…
В такой «сознательной» логике можно предвидеть перемещение по мирам Универсума в буквальном смысле — со скоростью мысли, и на бессубстратной основе мысли…

Как бессмертный Агасфер нашёл удобное пристанище для прибыльного бизнеса на Большой Бронной и устроил свою нескончаемую жизнь, точно так же и смертный титан — ветхозаветный Левиафан — в новейшее время получил дополнительное, вполне рыночное, среднее профессиональное образование. Он стал бульдозеристом. И теперь ловко орудует рычагами, управляя титаническим же, подстать себе, глобальным бульдозером. Демоническим ножом неугомонного прогресса этот технический колосс сдирает культурную дерму планеты, а механическим брюхом вспарывает глубинные пласты жизни, извлекая и вываливая под мертвящее излучение Вселенной, под жёстко-рентгеновский циничный хохот Космоса сокровенные коды человеческой культуры. И имя этому бульдозеру Левиафанову, бронтозавру техносферы — Цивилизация… Он выполняет предпотребительскую подготовку бытия, а-культивирует жизнь, собственно, лишает её всяческой культурной основы, выводя культуру за сферу жизненных и духовных приоритетов, между прочим и всё ещё, homo sapiens…