В России (и в мире в целом) очень много — негуманно много! — нелюбимых детей, даже совершеннейших, безгрешных и беззащитных крох.
Это не про сирот. И даже не про больных, с физическими аномалиями, и ущербных созданий.
Невозможно возместить этим невинным существам действительный ущерб — наносимый не обществом «вообще», а отдельными индивидами, число коих по трагической для нации закономерности подчиняется закону больших (драматически очень больших) чисел…
Небосвод этих ангелов безвозвратно и навсегда утрачивает свет своего чистого сияния, он грязно пачкается и метафизически рушится — катастрофически и для них, и для их родителей, и для всего общества.
Нелюбимые и недолюбленные дети, столь же закономерно и «естественно» — не в отместку, а инстинктивно по зову искажённой природы и «кривой» социализации — пропитаны ответной, встречной — соразмерной и «симметричной» — нелюбовью, иногда граничащей с ненавистью и выливающейся в жестокость, к своему нелюбящему людскому окружению.
Общество, инфицированное нелюбовью и просоленное слезами детей, психо-социальная ойкумена нелюбви…
И это ещё не заоблачные вершины развитой «цивилизации», т.е. не адски-бездонные пропасти оравнодушивания и упадка!
Любовь — это тяжкий, но высокий труд, это непрерывно-сознательное усилие и удвоенно-ответственное отношение к другому.
Господи, когда же мы опамятуемся, когда начнем жить в трудах и трудиться жизнью? И жить любовью…