Перейти к содержимому

Одна сторона вопроса тотального преображения бытия — как эмпирически проявленной разумной жизни обрести статус неуничтожимой — самораскрывающейся в вечности и бесконечности — универсальной сущности.

Другой, встречный вопрос — как актуально реализуемой бесконечности, в её пространственно-временном измерении, исполниться в качестве живой мыслящей сущности — сознающей и творящей субстанции?

И какой из этих вопросов легче решить?

Ответ — к утру следующего бытия!

Раньше церковь и монастыри учили вечности, приготовляли к нормам абсолютного бытия, а нынешняя цивилизация и культура учит смерти, прививает наслаждение и восхищение ею…

Вечность не дана одним непрерывным Целым, онтологическим континуумом. Она фрагментирована, она есть интеграл бесконечного числа отдельных бытий, она — бесконечно длимый сеанс прокрутки всегда разных кадров бытия, соответствующих разным ипостасям Единого, его разновременным и ино-вариантным конкретно-материальным реализациям…

Хочется чувствовать всю глубину и преисполненную полноту жизни, но… быть не настолько живым, чтобы быть готовым умереть… для вечности…

Предерзкое хотение, посягающее на фундаментальные основы мира: не быть вечно в актуально жизненной соборной личности, присносущим всечеловеком; а быть самой вечностью, как атрибутом Универсума, — вечностью, обнимающей все возможное сущее, заботливо проникающее его и длящее это сущее к абсолютному благу…
И тогда Вечность перестанет быть бесстрастным свойством вселенной; она обретет психо-эмоциональный характер, выражающий ипостасийную целостность мирового разума — живого и активно творящего промышления о мире как космологической энергии универсального Единства.