Перейти к содержимому

Представление о линейности и однонаправленности времени делает невозможной мысль о его искривлении, неоднородности и ветвлении. Нужно отказаться от этого «линейного» понимания времени — его генезиса, структуры, хода…

Главная расплата и «медаль» за подвиги жизни — всегда впереди…

Если пока/еще в состоянии это понять — это экзистенциальный «плюс» (ибо жив еще и в собственной деятельной воле).

Если пока/уже не в состоянии это учесть — это экзистенциальный «минус» (ибо грехопадение — свершившееся в уже минувшей жизни или еще длящееся — исполняет печальный аккумулят личного морального зла).

Земля, пашня — некая константа в прогностической модели будущего урожая.
А небеса — переменная в этом «регрессионном уравнении»; от неё-то во многом и зависит успех крестьянского предприятия.
И потому, в крестьянском понимании, именно небо — кормилец: «Не земля, а небо нас кормит»!

Идеологема возникновения советско-российского «праздника», отмечаемого 23 февраля и ныне именуемого «днем защитника Отечества», хорошо известна: это историческое увековечивание факта создания Красной армии (как будто, до этого дня на российских просторах не было ни победоносной армии, ни великого Отечества, ни его легендарных защитников!) и ознаменование «эпохального» разгрома ею белогвардейских войск, т. е. государственное прославление вражды и взаимоубийственной ненависти единородственных братьев…
Празднование победы в гражданской войне, т. е. одних соотечественников над другими — нравственное сумасшествие и безродственно-чувственный морок. Особенно при отчаянном понимании, что соотечественники в гражданской войне — это неизбежно представители одного или соседних родов, смежных поколений одного народа, т. е. буквально родственники, что и было нередким фактом, трагически осуществившим страшное пророчество: «Предаст же брат брата на смерть, и отец — сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их» (Мф 10:21). Гражданская война в ее природной субъектности — это внутриродовая война, т. е. семейная бойня, самоистребление родового древа! И потому непокаянность, и тем более победное пиршество столетие спустя — факт исторической невменяемости гражданского общества и акт векового отречения от всеобще-исторического отечества.
Этот «праздник» — убийственное торжество праха над прахом. Уже мертвые, но заблудившейся памятью своих беспечных потомков вновь и вновь возбуждаемые на взаимную вражду и истребление «красные» и «белые» братья по общему и родственно неделимому отечеству всё еще продолжают взаимное убийство, источают пылью как будто уже истлевшей ненависти новую вражду. Тлен, истлеваемый тленом… Взаимно убитые оружием ненависти и смертоносным временем, сыны единого отечества все еще продолжают расстреливать друг друга из ментальных амбразур своих внуков и правнуков — блудных сынов, бездумно-победно празднующих на костях своих отцов эту вражду! Смертью смерть утверждая!
Единственный способ примирения всех нас, живущих, и через это — уже отшедших — покаяние в совершенном грехе смертоносного очужетворения и признание проигравшими и белых (в начале минувшего века), и красных (в конце того же нераскаявшегося века).
И не будет для нас будущего, пока нравственно-чувственно — по сыновне-памятливо и по братски-родственно — не восстанем целокупным отеческим прошлым!

Жаль, что мыслящие существа не понимают деревьев, особенно «вековых» свидетелей жизни на планете. Последние, похоже, многое могли бы поведать, если бы можно было их «услышать» и корректно интерпретировать их историю древесного бытия.
Впрочем, как и «геологических» человеков...