Перейти к содержимому

Несмотря на трудности общения и усечённую психологическую практику социального взаимодействия, а значит и скудный багаж ею обусловленных воспоминаний, он каким-то изощрением психики пришел в точку осознания, что вовсе не против того, чтобы избавиться от необходимости помнить что-то из прошлого опыта личностных коммуникаций.
Но — взамен воспоминаний о тех удивительных «глубоководных» погружениях во взаимоотношения, которых в его жизни… не было.

В конечном счете, все наши переживания либо преобразуются в спорадические вспышки нашей нейронной ткани — блуждающие сигналы воспоминаний, — либо становятся метафизическим прахом, безнадежно отслоившимся от праха физического, телесного…
И еще, конечно, не все переживания можно именно пережить, некоторые умертвляют.

Иногда даже хорошие воспоминания прошлого мешают жить настоящим.

Когда старики поглощены воспоминаниями о подвигах минувшей юности — это напрасные грезы жизни...

Когда юнцы мечтают о возможностях взрослой жизни и думают взрослыми мыслями — это преждевременное выжигание радости текущего бытия...

«Блажен, кто смолоду был молод, Блажен, кто вовремя созрел…»

Когда молодежь дурачится и выглядит смешной — это и есть «адекватность во времени»... Это и есть настоящая игра реальной жизни, ее текущая интрига.

Иногда мучительно, до психотической цикличности сбившейся с курса и безнадежно заплутавшей мысли, до настигающей спутанности сознания пытаешься вспомнить в своей проходящей жизни что-то очень важное, конституирующее и соборующее личность, системное для ее структуры и… не можешь.

Очень тяжело и грустно пытаться вспомнить то, чего в действительности не было, воскресить в памяти те критически значимые воспоминания, которых… никогда не было в жизни…