Знание дела обязывает к деланию дела — действию. Познание — как долговой вексель, означающий обязательство исполнения дела, объективации знания: приведения реальности в соответствии со знанием о должном состоянии этой реальности.
Знание — долг; труд — исполнение долга. Знание обязывает, труд по знанию искупляет: не освобождает (надпись «Труд освобождает» на воротах концлагеря Дахау), оставляя мир эмпирически затхлой реальности, а напротив, напрягает (и даже запрягает — нравственно и физически!) в сверхэмпирическом усилии претворения наличной реальности.
В действительном итоге: осознать, значит изменить. Это и есть истина, которая освобождает.
Знание — не только свет, не только сила; истинное знание — действие и свершение преобразования. Это принцип трудного знания, т. е. гносеоургии.
Метка: делание
Фрагментация вечности
Большинство нормальных людей — эмпирических прагматиков — вовсе не задумываются о будущем в его жизненно стратегическом и планетарно-космическом измерении.
Но если нет представления о будущем, если не осознается его эволюционно-восходящая проекция, то отпадает необходимость и в прошлом, т. е. ментально атрофируется культурная потребность в осмыслении и переживании истории как части континуума социально-родового времени?!
В периоды существенно-нестационарной цивилизационной динамики социально-психологической доминантой, как правило, становится представление, что будущее непредсказуемо: оно видится как рискованная загоризонтная область исторической сингулярности. Но в мировоззрении, исключающем будущее как цель, как историческое делание, возрастающее до творчества эсхатологии, уже прошлое становится непредсказуемым, и тогда история минувшая — сингулярна. Наше прошлое становится заложником сегодняшней конъюнктуры. Такую «оперативную» историю — летопись с короткой памятью — можно переписывать и адаптировать под повестку текущего момента, вырванного из глобально-исторического контекста и последовательности эпох.
Но без будущего и прошлого настоящее тоже неминуемо вырождается в сиюминутный потребительский жор тела и мелкогедонистический ор души...
Социальное время утрачивает свой творческий потенциал и смысл, а личность превращается в мышку-полевку, в хомячка, усердно утилизирующего божью благодать...
Забвение истинного времени — целевого исторического времени — вызывает дезинтеграцию единой глобальной социоестественной хронологии, истлевание ее фрагментов и, в конечном счете, оборачивается цивилизационной зряшностью и темпоральной пустышкой: так обетованная Вечность бездумно распыляется в текущие мгновения и технологически расхищается злободневностью.
Метакосмологический оборот энтропии
Если мир как многослойная реальность еще не познан насквозь и «до тла» — значит ещё не наступило состояние, аналогичное «тепловой смерти» — безраздельной власти негэнтропии (парадоксальным образом мера негэнтропии в данном случае выражает зрелость энтропийного состояния); значит просвещенность мира не тотальна! — ибо есть ещё цели, есть задачи, есть ресурс развития, есть тёмные места, ждущие своего просветления, а значит, есть и смысл какого-либо делания, творчества и предмет, простор, обоснование для такого творчества.
Мироздание, пресыщенное творчеством, уже больше не дает никакого повода и возможности, предмета и направления для какого-либо развития, творчества. Остаётся лишь созерцать всеполное всесовершенство, предаваться радости ≡ скуке от совершенного и… мечтать о начале нового цикла творения мира — т. е. схлопывания, предумышленного коллапсирования идеально реализованной и насквозь совершенной модели — и инициации космогонического процесса заново, с неким модифицированным набором исходных параметров = замыслом иного мира…
Инверсия второго закона термодинамики, точнее, его действие через переразвитие?
2ЗТ — лишь часть, половина контура, фрагмент формулы более общего закона циклического проявления Бытия, пульсации Мультиверса, или МетаУниверса.