Перейти к содержимому

У Бога мысль о Мире и мировое действие, мировоздействие неразрывно сочленены в едином потоке непрерывного и вечно продолжающегося миротворения.
Мир — это неустанно обновляемое творение и процесс непрекращающегося творчества.

Человек, по логике и целям Индустрии 4.0, призван — категорически обязан! — стать экологически безвредным трансгуманистическим червячком, виртуально-тихо ковыряющим земную кору и технологически-продвинуто, но скромно утилизирующим природные ресурсы жизни во благо утробы своей, не возносящимся из потребительски «теплой» биосферы планеты в небесные пределы — ни земным животом своим, ни космическим разумом; ни волевым намерением своим, ни дерзкой мыслью-замыслом продолжающегося творения.
И тем самым «невинно» извращая сущность человека, обетующую ему теоантропные вершины бытия; безвольно-добровольно умерщвляя себя, своих эволюционных «собратьев» по животному миру; естественно-бессознательно истощая саму планету и испепеляя Солнце вхолостую.
Природоподобная букашка во чрево-червячной сути своей…

Задача иных текстовых памятников мысли — воспроизвести не память ума, а память ощущений. Это временной «срез» личности: «картография» ее статуса, когда свои чувства удается вербализовать — пусть не отчетливо и многословно, но настолько адекватно, что спустя какое-то время, в совершенно другой период жизни и иных экзистенциальных обстоятельствах, овладев этим вербально-текстовым контентом, удается воспроизвести именно те ощущения, тот эмоциональный тонус, то психологическое состояние в целом, в котором пребывал когда-то — в тот самый момент, когда возникла настоятельность зафиксировать их и тем самым транслировать их во времени собственной жизни.
Это феномен памяти чувства, памяти ощущений.

Если Сущее — мысль, Мировой разум, то Вечность — это вселенская Память.
Вечность — это Всезнание, ибо Сущее — Всемыслие.
Бренность — олигофрения и амнезия, в историческом экстазе синтезирующая гениальные произведения…

Вопрос о вечности космоса — это вопрос о вечности жизни. Ибо только последняя как немеркнущая энергия актуально длимого бытия есть возможность первой.
Научная мысль, оперируя аксиоматической абстракцией о вечности мира, концептуально размещает в этой физически данной вечности — в этом вечно сущем лоно — жизнь, соразмерив временной масштаб ее существования с космологической вечностью космоса, и теоретически усиливается придать этой жизни в таком овечненном — астрофизически абсолютизированном — космосе статус вечности.
В логической переполюсовке впечатанного в сознании представления об иерархии бытия возникает иное следование: вечность жизни как свойство живого вещества и создаёт вечность мира как его божественный атрибут.