Перейти к содержимому

Расхожая сентенция «После 60-ти жизнь только начинается!» — сомнительная мудрость, луковая мантра.
А вот подозрение «В 65 лет жизнь уже заканчивается!» — объективное правдоподобие, грустная вероятность.
В любом безотрадном случае, если после 60-ти жизнь только начинается, то чем были «преджизненные» 60 лет? Латентным состоянием жизни, недожизнью? И тогда психовозрастное «кокетство» превращает самообман в самоизобличение «недоличности».
А не дожившие до чудесного начала «настоящей» жизни — просто экзистенциальные эмбрионы-выкидыши, вовсе не обретшие бытие, и потому не получившие личностного выражения, не имеющие никакого психологического веса в социальной истории?

У некоторых «сильных» личностей в системе строгих жизненных принципов есть ядерный, строжайший: тот, который в некоторых «неудобных», «неуместных» обстоятельствах блокирует и прямо запрещает действие всех остальных, вполне «доброкачественных», принципов (следование которым, собственно, и определяет личность как «сильную»).
Таким образом, истинно принципиальный индивид всегда и непрерывно остается в статусе принципиального и даже метапринципиального эго-рационального существа, ибо отказ от «дежурных» нормальных принципов, в логике «сильного», есть не малодушное отступничество, или даже предательство своего Я, а напротив, волевое следование специальному, наиболее сильному и принципиальному принципу — Principium principialus.
Подобная «сквозная принципиальность» — подлый закон принципиального самообмана и самосохранения универсальных, агрессивно адаптирующихся субъектов.
Это придуманные «штуки личностей», это импотентное ницшеанское высокомерие…

Два физиологических изнурения, две страсти задают два кластера: те, кто не отказывает себе в гастрономических удовольствиях, нередко превращающихся в излишества и обжорство (жрущие), и те, кто в стремлении к эталонам стройности, отказывают себе даже в физиологически необходимой пище, т. е. не принимающие, а отвергающие и исторгающие ее (срущие).
Два типа самообмана и насилия, не имеющих разумного соприкосновения с пониманием полноты жизни.

Отрицательная рисковая положительная корреляция: чем выше преданность, тем выше цена предательства.
И хуже того: чем сильнее преданность, тем выше сам риск предательства.
Степень доверия — переменная в прогностической формуле вероятности [само]обмана.

Жизнь в ее эмпирической сущности даже для сознающего существа — явление невольное, внепричинное и скоротечное. Поэтому умение/старание радоваться жизни — это психологический рефлекс/инстинкт самосохранения, защитительный самообман, а предание унынию и горести от жизни — ненужный дополнительный укор/упрек от природы.