Перейти к содержимому

История не может ничему научить того, кто избавляется от нее в своем сознании, не исследует ее умом и душой…
Планетарная история становится виртуальным полигоном, произвольной «бродилкой» по причудливым, не осознаваемым в лицах и реальных событиях, сюжетам абстрактного астрономического процесса.
Это параистория, в которой добро и зло — лишь атрибуты ушедших и уже ненужных-неинтересных времен. Трагедия фарсифицируется — становится игровым фарсом, в котором взаимоинверсия правды и вымысла — дополнительная игровая опция…
«Люцифер» тоже был «несущим свет», но теперь Люцифер — властелин тьмы.

Если скорость света — единственная независимая и абсолютная фундаментальная мировая константа («окончательная константа»!), обуздывающая любую сингулярность и определяющая геометрические свойства универсального пространства-времени, то свет как абсолютный substant этого свойства мира — и есть Бог. Это инвариантный носитель, содержатель и податель жизни, который, распространяясь и тем проявляя из тьмы на свет, из небытия к бытию, астрофизические локусы вселенной (вызывая ее космологическое расширение) выражает и осуществляет продолжающийся замысел о мире в его полных — необходимых и достаточных — универсально-космологических основаниях…
Свет был и есть всегда — как трансцендентная сущность. Итак, сначала был свет. Нет, не так — итак, был свет, и он был всегда — потусторонний. И от него было, вспыхнуло светлое слово (замысел) о мире, озарившее дело света как творение мира имманентного: «Да будет свет!» (Быт. 1:3) — посюсторонний, т. е. явный мир, как физическая модель метафизического мира.

Смысловой терроризм — когда умные, изначально добрые и созидающие смыслы и явления злонамеренно-манипулятивно переопределяют в качестве токсичных и опасных символов и разрушительных представлений.
Так, радуга — уже не удивительное и восторгающее душу природное явление, а однозначный и строгий маркер сексуальной девиантности.
Другой изворот — подмена действительно враждебных понятий социально приемлемыми и даже желательными образами, подлог и фальсификация враждебного содержания благой риторикой, перелицовка знамен…
Правда, и Люцифер — глава темного царства — тоже когда-то, изначально действительно был несущим свет.

Традиционная поминальная надпись на могильной плите: «Помним, любим, скорбим» — грустное и пассивное выражение любви из этого мира в иной, как светильник чувства, постепенно угасающий теплым светом.
Встречное — деятельное и призывное — обращение из того света к этому: «Я вас люблю. И поныне!». Как тот свет нравственного семафора, отчаянно пронзающий смертный мрак сигналом другого бытия и возбуждающий в сердце и душе неотрекшихся от любви к ушедшему в иные пределы ближнему страстный отклик!..
Вместо ритуальной эпитафии R.I.P. (лат. requiescat in pace) — «покойся с миром», т. е. в бездеятельном забытье там — в том мире, — надлежит быть V.I.P.(лат. vive in pace), т. е. «живи в мире» — обеспокойся миром, активно следуя императиву любви бессмертной и творящей и исполняя долг воскрешения здесь — в этом мире! И тогда уже истинно R.I.P. — resurrectio in pace — воскрешение в мире как активно-нравственный отклик на призыв «Воскреси меня!».
Свет, сквозящий чрез миры…

Конец света и Страшный суд свершится тогда, когда исполнится полнота времен («установи же Бог урок жития человеческаго…») — когда земля почернеет от греха, т. е. когда свет «сойдет» во мрак и из живущих на земле не найдется ни одного праведника, которого Небо могло бы вознести светозарно-белым ангелом, заместив им отпавшего от Бога огненно-черного аггела…