Перейти к содержимому

Прочитал в приличном журнале свою статью, узнал много интересного, но не понятного… И как сие толковать — как свидетельство хорошего качества статьи, или же как доказательство бездарности ее автора, который… не может догнать свою мысль?
И этот апоретический факт никак не укладывается в эмпирическом сознании.

Подражание дурака умному человеку в интеллектуальной продуктивности бывает настолько искусным и глубоким, что дурацкую мысль бывает трудно отличить от действительно умной. В этом можно видеть проявление некоторой естественной, непосредственно-стихийной мудрости.
Это было бы гениальное искусство, если бы дураки умели конвертировать процессы своего подточенного сознания в инструмент умного мышления, тем самым производя зрелые плоды незрелого мышления, в интеллектуальном качестве не уступающие лучшим — неподдельно умным — мировым образцам!

Любовь к сухарям и орехам возрастает по мере выпадения зубов, т. е. напрямую зависит от степени деградации кусательно-грызущего аппарата индивидуя.
Итак, непреодолимое желание погрызть обратно пропорционально количеству и качеству зубов страждущего.

Можно претендовать на роль космоурга и обманываться в том, что творишь Большой мир в его глобально-онтологическом качестве... Можно тщеславно позиционировать себя как успешного «хозяина жизни». Это самомнящая мысль о мире как абстрактном вместилище бытия... Но дедушку Канта этим трюком не одурачить.
А можно быть скромным деятелем повседневной жизни и кропотливо возделывать маленький мир в радиусе своего профессионального общения и круга ближних, создавая действительно более совершенную и дружелюбную среду человеческого существования... Это жизнь в гуманистическом измерении, личностном масштабе и в конкретных деталях ее проявления.

В жизненной практике правило «О мертвых или хорошо, или ничего» нередко оказывается недостаточным, психологически ненапряженным. Уход персоналий из личного окружения в пределы иной реальности может иметь другое, более позитивное, но в тоже время и печальное значение: когда среди них нет ни одного, про которого даже помыслить несветло невозможно. В отношении к ним — более твердое правило: «О мертвых или хорошо, или прекрасно», а в более чувственно строгом переживании — «…только светлое и доброе».
Наверное, это счастливый случай — иметь такое окружение?!.. Но они же ушли!
Можно соболезновать тому, кто исповедует первый принцип — не только потому, что в мир иной ушли его «неотрицательные» герои, но и потому, что он был вынужден применять этот принцип из-за реального качества своего социально-исторического, ментально-личностного окружения...