Историческая обстановка и социальные поводы изменились, но эффект остался прежним — «вечно бабье в русской душе» (Н. Бердяев) по-прежнему стихийно-властно. Но теперь к завороженности, замешанной на чувстве, вызываемым военной мощью, добавилось священное благоговение перед мощью технической. Милитаризированное «вечно бабье в русской душе» культурно дополнилось и технократически переоформилось в инфантильное «ощущение безвольности, покорности и ненасытного желания» (В. Розанов), властно обрело цивилизационную ширь «вечно детского в отехниченной душе» — детского, понимаемого как восприятие мира недорослем.
Мир как забава, индивид как игрок, реальность как пиксельная проекция на ум несовершеннолетней души, культура как клавиатура, чудо как арифметический бонус…
Метка: культура
Задачи культуры поистине титанические: приподнять небосвод, как это делали полубоги-Титаны, обрести новое небо и просветить землю, открыть онтологически новый мир и сотворить новую вселенную…
Утробная культура
Утилитаризм, потребительская ликвидность производимых цивилизацией ценностей (как возможность обутробить реальность) — есть функциональная пружина современной глобализирующейся культуры, ее социальный «пищеварительный» аппарат.
Обложная глобализация Апокалипсиса
В агрессивных усилиях привести мир к западному стандарту мироотношения — в его критических, экзистенциально-практических проявлениях — происходит стремительная глоб-агонизация культуры, изначально призванной служить инструментом творчества жизни, средством возделывания Бытия, а не цивилизационной проповеди апокалипсиса как удовольствия к небытию.
Жизненные формы разума
Рано или поздно, культура Общего Дела (Н.Ф. Федоров) совладает со стихией, рвущейся из пробирки нынешнего технократического эготизма, и подчинит ее задаче супрагуманистического восхождения разумно-всепотенциальной жизни, которая и есть форма жизненного проявления самого разума, гуманизирующая ветхого Homo sapiens до состояния полноорганного космического существа…