Природа торжествует своими законами всегда и неизменно — абсолютно — даже, и прежде всего, — в сюжетах экологических катастроф, планетарных коллизий, космологических коллапсов. Ибо у природы нет «катастроф» и «стихийных бедствий» — это всего лишь естественно-необходимые грани универсального и всеобщего закона «Большого Бытия».
Рационально-нравственно воспринимаемое человеком как доброе и злое природой естественно осуществляется как онтологически неотвратимое и единственно возможное должное.
Метка: коллапс
Большой стыд как начало миропредставления
Большое умолчание или великий стыд академической науки: теоретическое малодушие представить, что было за горизонтом событий Большого Взрыва.
«Начало» Вселенной — это умозрительный предел научной интуиции; космическая сингулярность — концептуальное недоумение космологической мысли, так что Большой Взрыв, очевидно, — результат большого коллапса познавательной модели мира.
Возрасты псиверсумов
В молодости на дружеском небосводе — много ярких удивительных и красивых звездочек; в конце жизни — настоящий звездопад выгоревших и потускневших, почти безликих звезд, бесследно растворяющихся в вечном мировом бытии…
И вселенная коллапсирует в сингулярную пси-точку одинокого сознания.
Квантовотемпоральный переплет
Квантовая запутанность — квантовомеханическая неопределенность состояния, т. е. ситуационный срез в определенный момент времени.
Если дополнительно к этому множественность квантовых состояний обусловлена разновременностью, то по своему характеру это уже квантовотемпоральная неопределенность. Причинно-следственный контур «разворачивания» и коллапса неопределенности такой этиологии намного сложнее обычной квантовой запутанности, поскольку будущее — в виде знания возможного сценария этого будущего в настоящем — каким-то причудливо-закономерным образом может менять это будущее, т. е. само себя, и наоборот — будущие и настоящие состояния могут влиять «вспять» и тем самым искажать уже свершившееся прошлое. Циклическая взаимозависимость.
Бог живых и Бог мертвых
Бог — это бог живых праведников и мертвых грешников.
Праведники наделены высоким имманентным потенциалом правды, открывающим им способность вполне самостоятельно, добровольно-сознательно следуя заповедям Божьим, следовать правильным путем жизни. Уходя к Богу, они обретают ожидаемое и чаемое еще при жизни; это тот мир, к которому они готовились и добропорядочно шли всю свою жизнь.
Грешники живут во власти неподконтрольной стихии своей натуры, не обуздываемой ни собственными усилиями, ни внешними факторами. И только после смерти они оказываются в совершенно незнакомом им мире, обращающем произвол, творимый ими самими, в произвол, творимый над ними. Для них эта реальность — результат логического коллапса, мир мучительного отчаяния и страдания, в котором как звезда вспыхивает надежда и упование на милость и прощение, на возможность перехода на светлый полюс бытия. И потому в этом уповании Бог — это, по преимуществу, бог грешников, отрекшихся от Него в своей жизни по слабоволию своему.