Перейти к содержимому

Посторожи мой сон, пожалуйста! Посторожи момент, пока меня не накроет волна грез. Пусть твоя стража будет как нежность, как постельное тепло, как воздушное одеяло. Как ощущение покоя и безопасности. Как пепельный сумрак, в котором приятно и легко блуждать. Как волшебная реальность, в которой так беззаботно теряться. Как сладкая мечта о завтрашнем дне. Как нежное прикосновение доброй сущности…

Серый день на излете осени…
Ненастный, бессолнечный, обреченно тоскливый, лишенный какого-либо ожидания чего-то целомудренно светлого, почти чудесного.
Но малыши не ведают, что сегодня тоскливый день, что он исполнен неотвратимостью предстоящей холодной зимы и предчувствием долгих невзрачных вечеров. Они неизменно бодры, неугомонны, любознательны...
И вдруг совершенно непостижимым образом этот серый день преобразился, он наполнился каким-то теплым ощущением гармонии и покоя...
Как-то исподволь исполнился...
...И в такие минуты счастливо не хочется уходить. В Никуда...
Это конечно не «Алилуйя радования», но точно умиротворение великого обетования, которым насквозь благодатно пронизано-пропитано все сущее...
Томление духа и ожидание небесного знамения Небес...
Тихие сумерки так и ненасытившегося солнечным сиянием, неначавшегося светлым дня...
Сопричастился тихой радостью полубомжеватых дворников, тайно пьющих водку между метлой и окриком строгой командирши. Вся сладость — в житейском таинстве посреди обыденности. Мир вращается, а они... водку пьют! Это дерзкий вызов, но и профанация своей разумной сущности! Это реальная эмпирическая радость, а не призрачная теоретическая морковка потребления...

Зима…

Нектар — из прозрачного льда неприхотливых сосулек, манна — щедрыми горстями пушистого снега, симфония — в простуженных аккордах вьюги, гармония — в медитативном танце снежинок, занавес — из неосязаемого бархата снегопада. Исповедь тихой стихии зимы...

Заиндевелое счастье льдяного узорочья, припорошенного снежной пудрой. Бодрость морозного дыхания. Отдохновение сумрака полурассветного дня. Покой одноцветной невозмутимости. Оптимизм непорочной чистоты. Смирение скудостью обмершей природы. Евхаристия выстуженной простоты…

Когда мысли не дают покоя, когда ложно срабатывает аварийная сигнализация организма…

Ощущения, словно калёные мысли-гвозди со звенящей упругостью возбуждённо-хищно впиваются в древесную плоть тела-гроба, приявшего бренную субстанцию мозга…

Невозмутимость… Безмятежность… Покой… Атараксия… Отрешение… Забвение… Освобождение… Пустота… Ничто… — √ — √ —— √ ———…——— .