Перейти к содержимому

Мудрый паук развернул ажурную ткань своей паутины на консоли уличного фонаря. С началом сумерек начинается его пиршество — в коварной темноте за порогом светового пятна у него всегда изысканное меню из мошкары, безумно льнущей к предательскому плафону.

2002 год — начало «digital age».
2020 год — вероятная временна́я точка входа планетарного социума в затяжной период технологического переопределения принципов бытия цивилизации — трансформации онтологических основ разумной жизни, идущей в режиме необратимой исторической сингулярности.

Каждая личность — особый феномен пространства-времени единой психовселенной, особый локус/зерно универсального биопсиполя.

Видимая смерть человека в его эмпирически явленной телесности — коллапс этого галактического объекта в чёрную дыру, уход биопсихической реальности индивида за горизонт событий его жизни…

Что за этим порогом — неведомо, современная физика не способна регистрировать явления того мира, который простирается за горизонтом событий.

«Вселенский цивилизационный дифференциал» — великий дифференциатор космических цивилизаций: принцип, в соответствии с которым все цивилизации, не достигшие определенного, порогового уровня зрелости, остаются невидимыми и обособленными для подобных по уровню развития, они не достигают технологического (но и не только технологического!) уровня контакта, и потому остаются вне межцивилизационного космического контакта. Это цивилизации ноосферной организованности первого рода, или первого космоноосферного уклада. А те, что продлевают порог совершенства — космические цивилизации второго космоноосферного уклада, — становятся невидимыми — в том именно виде, в каком их готовы увидеть и пойти на контакт цивилизации первого космоноосферного уклада.
Это уже не только иная технология, это иная ответственность, иная космология проявления цивилизаций второго рода, второго уровня космической зрелости.
Они не «спят» в своём проявлении и космогонической ургистике, и не ждут следующих эонов бытия Мультиверса, обещающих им более высокий уровень развития и проявления своих мирозиждительных потенций, открывающих новые орбиты интереса в мире и к миру, новые горизонты для творческой интриги цивилизационного бытия. Они реально и непрерывно действуют, повсеместно проявляться в текущем эоне и в наличной вселенной. Но это проявление совершенно иного уровня — не технологическое, и даже не в виде сил, процессов и стихий природы. А в виде действительно космогонических пружин, продолжающих созидать ткань мирового Бытия — в виде сил и воли этого самого бытия, а для более низкоразвитых (предкосмических) цивилизаций — в виде солнц, звезд, фундаментальных взаимодействий и мировых космологических констант, через законы материального мира, постфактум теоретически «устанавливаемые» нашей физикой, астрономией, химией и проч. точными науками.

Концепция эволюционизма ничуть не противоречит и не оппозиционирует идее креационизма в ее боготворческом выражении — если человек сумел из обезьяны путём «дарвиновской» эволюции, — т. е. особым, поистине чудесным образом — превратиться в нынешнее психически высокое (не высшее) и духовно стоящее на пороге космологического творчества существо — то это и есть лучшейшее (!) доказательство существования Бога и проявления Его благотворящей воли!
Эволюционизм глубоко креативен по характеру процесса, он есть динамически-органическое выражение креационизма.