В современной нравственной семантике добрая мысль, слово, практическая инициатива «стандартно» вызывает подозрение и недоверие. В цивилизационно нормализованном представлении добро должно быть обязательно отягощено недобрым бременем, разбавлено злом, нравственно инфицировано им.
Нынче без «полемики» со злом добро ничего не стоит, даже в тех счастливых обстоятельствах, когда добрая сущность несомненна и самоочевидна. Т. е. истинный «путь добра» — всегда и только через полемику и критику, которые сами уже есть выражение раздора, недружественной противности мнений, людей, жизней... Каким образом наличие зла упрочивает добро — это ментальная эзотерика «падающего мира»...
В этой логике даже нравственно-божественный Рай обретает истинную ценность только на фоне Ада; из категории истинного и абсолютного «добра» как безусловной положительной добродетели Рай «здравомысленно» опускается до образа «не зла» — прагматической отрицательной добродетели!
Путь добра — злой по природе самого добра?! Или по природе недоброго мышления о добре?
Метка: слово
Вербальный жизневорот
Иногда слова думают и решают за нас, а случайные слова — творят нашу судьбу.
Коварная опция слов — «по умолчанию».
Светоносная скорость Бога
Если скорость света — единственная независимая и абсолютная фундаментальная мировая константа («окончательная константа»!), обуздывающая любую сингулярность и определяющая геометрические свойства универсального пространства-времени, то свет как абсолютный substant этого свойства мира — и есть Бог. Это инвариантный носитель, содержатель и податель жизни, который, распространяясь и тем проявляя из тьмы на свет, из небытия к бытию, астрофизические локусы вселенной (вызывая ее космологическое расширение) выражает и осуществляет продолжающийся замысел о мире в его полных — необходимых и достаточных — универсально-космологических основаниях…
Свет был и есть всегда — как трансцендентная сущность. Итак, сначала был свет. Нет, не так — итак, был свет, и он был всегда — потусторонний. И от него было, вспыхнуло светлое слово (замысел) о мире, озарившее дело света как творение мира имманентного: «Да будет свет!» (Быт. 1:3) — посюсторонний, т. е. явный мир, как физическая модель метафизического мира.
Похоронный архив
Захоронение тела мертвого человека — это архивация индивида, по крайней мере, его физических останков и генетической информации.
Это земледельческая музеефикация в реактивной форме — реактивный музей личности... Прах как архив, полный доступ к которому требует жизнеотворящего пароля — знания кодовых слов бессмертной жизни, практического владения формулой совершенного претворения ветхой антропологии. И еще — духовозжигающей искры, воскресающей именно личность…
Смыслословие
Современное словоупотребление скатывается к восприятию текста как некоторого набора подходящих к случаю отвлеченных словоформ, вместо того, чтобы декодировать его сущностную семантику, распознавать глубинное значение составляющих его символов, т. е. обрабатывать слова как реликтовые смыслы.