Метка: эффект

Стандартная модель противоречит всем законам физики, для которых эта модель — как логический корень, концептуальное лоно! Представление о возникновении всего из ничего — целостно преисполненного Единого из безмерного абсолютного Ничто, — представление о Большом Взрыве, лишенном какого-либо взрывчатого вещества, — жестко и категорически противоречит всем законам сохранения всего и вся — материи, энергии, информации…
Единственно действительно логически гладкое и даже гармонически требуемое допущение — это признание вечности некоторых реликтовых залежей «исходной» субстанции и связанных с ней объемов вещества, энергии и информации — с учетом взаимоконверсии этих начал мироздания. Вовлечение последних в процессы эволюционной трансформации, пластики, включая взрывные преобразования, вызывает сущностные превращения реальности, проявление новых эффектов, синтез материальных частиц, видообразование материи и смену онтологических состояний сущего… Логика тривиальная: субстанция вечна, ее формы и свойства изменчивы; сущее переливается своими ипостасями, или, по слову Плотина, «преисполняясь собой, изливается через край», т. е. воспроявляется в некоторой определенной астрофизической и проч. системной конкретике свойств. Их-то невнимательный наблюдатель и наблюдает, абстрактно изучает и делает концептуально инфантильные выводы.
Одно положение «нестандартной модели» требует аксиоматизации. В вечно кипящем эволюционном горниле сущего неизбежно возникает бесконечное множество форм разумной жизни, которая в креативном биении вечности не может не обрести статус и космологические полномочия мирового разума, и эти полномочия таковы, что сам эволюционный процесс становится произведением мирового разума, творца. Эволюция в универсуме, достигая накала эволюции сознания и мирового самосознания, обретает сверхэмпирический характер творческой космогонии — эволюции самого универсума — как архитектурно-художественного игрища Богов, Творцов всея миров.

Люди, буднично входя в поток общения, часто не знают и не пытаются предугадать, к чему их приведет этот опыт общения; куда, на какую психологическую отмель или, напротив, в какой ментальный омут вынесет их сознание это случайное течение мыслей и слов, невербальных знаков... И ещё меньше они способны осмысливать и даже просто фиксировать в режиме реального времени те незаметные импульсы души, слабые токи сознания, которые индуцируются и бродят в психическом поле их личности при взаимодействии с иной субъектной реальностью...
Непредумышленный авантюризм свободного общения заключается в том, что процессы такого взаимодействия идут повсеместно, постоянно и, как правило, спонтанно, в режиме повседневной практики; эти потоки общения почти не артикулируются ментально самими субъектами общения. Персонажи-агенты этих больших и малых психовихревых процессов, сами о том не ведая, выходят в космос — психологический — даже не замечая этого и не надевая никаких «доспехов». Это может служить непосредственным свидетельством того, что человек — существо изначально «космическое», он «замышлен» для и потенциально готов к реализации способности общения, излучения и восприятия эмпатии, проявления эмоционального разума — тех удивительных явлений человеческой природы, которые выдают в нем божественное начало, ибо общение — это и есть генерируемая «из ничего» энергия, связывающая мир в единое целое — именно общее.
Общение — это литургика всеобщей мировой связи, т. е. истинной религии; это антиэнтропийный феномен, проявляющийся космологическим эффектом... И потому разумное и чувствующее существо тонкими нитями общения вяжет нетленную онтологическую ткань мира, можно сказать, ткет полотно Большого бытия…

Кто активно владеет многими знаниями — стремится получить бо́льшие и продолжает учиться, изумляя себя новыми откровениями мира; кто пассивно знает мало — тяготится фантомами «умной» памяти, готов освободиться от последних артефактов просвещения и потребительски «заедает» рефлекс познания.
Ибо знание многого, автоматически и прежде всего, ведет к истинному пониманию и отважному признанию, что эти знания — фрагментарны и бесконечно малы. Отсюда — познавательный «голод» исследующего сознания.
Незнание же инвертируется в пузырь самомнения и создает ложное ощущение жизненной мудрости и прагматической ловкости. Грустный эффект адаптивного «ожирения» психики…