Перейти к содержимому

Всякая планетная стихия (дождь, землетрясение, извержение вулкана и проч.) — это природно проявленное желание демиурга этой планеты и звёздной системы, метеорологическая экспансия его чувств и настроения.
Природа — это стихия эмоций божественного уровня. :-)

Чувство одиночества — в его психологической сверхглубине и фатальной неотступности — порождает образы идеального мира отношений — пронзительно чистых и детски восторженных. Это откровение сверх- или за-душевной реальности…
Чтобы принять этот воодушевляющий мир по ту сторону эмпирики и оценить его безусловную ценность, нужно безвозвратно погрузиться — провалиться — в одиночество: окончательное, бескомпромиссное, отчаянное. Абсолютное…

Мир, вселенная, Универсум — всё насквозь субъективно: неисправимо (к счастью?) субъективно, безнадёжно субъективно. Наличный, явленный мир субъективен до уровня безотчетного, подсознательного… он дан нам в текущих ощущениях, переживаниях длимого момента, в ожиданиях исполнения не всегда точно артикулируемых и никем не декларированных обетований, в воспоминаниях ушедшего, мелькнувшего в экзистенциальном опыте… А это значит, что некоторые важные обстоятельства и моменты бытия невозможно понять и объяснить рационально, их можно только пережить, их нужно «проощутить», их нужно «промерять» чувствами. А точнее — ничего нельзя объяснить, можно лишь довериться внутреннему, «реликтовому» ощущению мира. И это лучший (и единственно возможный?) способ адекватного восприятия окружающего мира, осязания ткани бытия… А если выпадет «счастливый случай» — то и гармонии с ним и в нём…

Но как же быть с объективностью мира? Действительно, со смертью индивида вселенная не рушится, мир не исчезает и даже небо не падает на землю. Доказательство этого очевидного факта тривиально: и правда, мир не исчезает со смертью отдельного человека! И этот космос всё ещё продолжает быть. Но это продолжает существовать и наличествовать Ваш мир, а не мир ушедшего человека; это бытийствует Ваша не его вселенная! Пока жива личность, продолжает объективироваться и её мироздание. И да, действительно, эти личностно обусловленные миры соприкасаются во времени и в пространстве; да, они «развёрнуты» на одном и том же атомном субстрате и потому, с необходимостью, взаимодействуют. Но всё же, логически (и психологически!) — это разные миры, их смыслы и аксиология имеет собственную неповторимую топологию, заданную самой личностью. И когда эта личность уходит, то тихо и незримо для окружающих, но катастрофически-необратимо гибнет и миросоздание, обоснованное и возведённое этой личностью…

Перестаёт космос личности, коллапсирует персональная вселенная…

Кванты настроения, преобразуемые в тексты, в неоформленную психо-семантику… Это не измышления, не спекуляции. Это неясная и зыбкая чувственная дескрипция умозрительных образов, которые можно видеть только внепространственно и воспринимать сверхчувственно, без посредства телесных органов… Но вербализовать образ невозможно, и потому описание безнадежно скудно, путанно и аллегорично — для некоторых видéний и образов нет не только терминов, но и самих понятий.
 Это только настроение — даже не чувство, которое вполне определяемо и идентифицируемо, а только и всего лишь ощущение, которое не нужно — и, слава богу, невозможно — дробить на составляющие и пытаться его классифицировать. Иначе квантовая функция интуитивного восприятия коллапсирует…

Два чувства, одновременно захватывающие душу и… задающие в ней смысловое поле высокого напряжения:
~ благодатная причастность к великому Бытию,
~ и принципиальная онтологическая неукоренённость в нём — изначальная бренность невольного существа, неупокоенной личности, беспомощно увлекаемой вихрем жизни…