Ментальный ластик: …и вот, мысленно, постепенно стираем всё, оставляем только сущности: Бог, Мир и Я. Нет ни шумной улицы, окаймлённой затёртым тротуарным асфальтом; ни насущных забот текущего быта, ни огорчений дня, ни мнимых радостей безмятежной экзистенции; ни друзей, ни врагов; нет ни пространства, ни времени в их привычных повседневно-актуальных проявлениях… Катарсис через опустошение… И никаких иных ментальных прокладок и статистически-житейских сосредоточий внимания, никаких суррогатных ощущений и стертых образов, застилающих смыслы предельных сущностей в их взыскующем предстоянии перед немного растерявшимся сознанием. Только непосредственное чувство и чистое ощущение, только обнаженное восприятие, только высокотональная вибрация души и пронизывающее предчувствие реальности… за гранью реальности…
Метка: внимание
Цивилизованная жадность бытия
Есть каноническое определение свободы — энциклопедически-гражданское (~личная свобода одного не нарушает свободы другого, т.е. ограничивается свободами других).
Но есть и подстрочник к ненаписанному в «общественном договоре». «Не плюй в колодец…» и проч. традиционно-тривиальные, непосредственно прошитые в душе человека нравственные аксиомы.
Мегапотребительство же посягает не только на свою долю ресурсов, причём в сугубо материально-энергетическом измерении (пространство жизни, воздух, вода, экологическое качество среды жизни…). Мегапотребитель по своему произволу и самочинно присвоенному «праву первого собственника» утилизирует жизненные ресурсы другого — его личное время, его внимание, его вектор мышления, сосредоточенность, — засоряя слух пустопорожними словами; замыливая взгляд ничегонезначащими символами и образами; забивая сознание чужими и ничтожными разговорами, темами, идеями; загаживая стремление к чистоте мышления сиюминутными рефлексиями… Мегапотребители беспардонно пользуются тем, что человек самой природой вынуждаем к восприятию, вниманию, и потому его легко сбить ложными сигналами…
Это потребительская коррозия системы ценностей, выражающаяся в неограниченной свободе и неостановимом стремлении обожрать бытийную ткань вокруг себя. Но их аппетиты больше того, что реально может осилить их утроба.