Перейти к содержимому

«Жизнь есть пасынок Вселенной» — очувствованное умозаключение Н.А. Умова (1846–1915).
Научно-интуитивное уточнение представлений о мироустройстве приводит к противоположному убеждению: в универсально-космологическом образе, вселенская Жизнь — иконостас Космоса!
Христос тоже был пасынком этого мира, ибо был не от мира сего, а сыном Божьим — животворящим Богом!

Истинно космическая цивилизация, не пасущаяся потребительски в пределах планетной системы своего светила, а смело исследовательски проникающая в глубокий космос, — такая космобильная форма организации разума путешествует в необозримых просторах вселенной вовсе не на механических устройствах — космических кораблях! «Ракетная миссия» разумной жизни — наивное представление, своеобразная технологическая параллель геоцентризма и антропоцентризма. Это психологически «теплое» детское воображение, образная проекция; ее рациональное преодоление — через «коперниканский переворот» в представлении о биофизике транспортации жизнемысли в пространстве-времени мира…
Исследование глубокого космоса, перемещение на действительно космические расстояния и в космическом масштабе времени возможно только в виде непосредственных космических процессов, в форме дальнодействия, особого излучения… И никаких проблем, связанных с биологической безопасностью «экипажа», с реализацией главных свойств живого вещества: дыхания, питания и размножения!
Возможно, дальнодействие есть функция нервной ткани мирового разума, гравитация — его прикладной физический эффект.
Таков может быть «ползучий инсайт» — как ментальный аналог физического явления «…и ток медленно пошел по проводам».

В рамках стандартной логической модели процессы развиваются во времени. Однако, возможен иной причинно-следственный контур: время — результат процессов; и тогда не что-то, подчиненное абстрактному времени, изменяется во времени, а само время есть закономерный продукт изменений — эмерджентное свойство Вселенной.
Время — это поток состояний, континуальный и бесконечный ряд изменяемых состояний; состояния меняются в результате взаимодействий субстанции мира, и смена одного состояния другим и задает — источает — время. При этом «скорость» изменений определяется не временем, а физическим характером взаимодействий, физическими процессам (например, синтез атома); это и есть физическое определение времени как длительности конкретных процессов.
Истинная вечность — это не бесконечное время, нескончаемый и неиссякаемый поток времени. Абсолютная вечность — это полное отсутствие какой-либо длительности, исчезнувшее или застывшее время; это пересохший и иссякший поток времени. Но это и полная статичность объекта, «лишенного» времени, точнее объекта, который перестал продуцировать своей внутренней динамикой поток времени — как излучение энергии. «Переставшее» время — в точке Омега, которая есть математическое состояние мира, характеризуемое пифагорейским наивысшим числом мироздания и отвечающее музыке сфер…
Таким образом, абсолют — это математическое состояние, реализованное идеальным числовым субстратом — информацией.
Время — это особый тип излучения в мире, связанный с материей, энергией и информацией. Любое «сдвиг», изменение в этих фундаментальных свойствах мироздания вызывает излучение времени, генерирует поток времени.

Актуальной нормой является вычисление углеродного следа любого цивилизационного продукта, особенно промышленно выработанного.
Но можно расширить спектр анализа: определять энтропийный след, или даже энтропийную цену любого объекта вселенной. Ибо упорядочивание в локальной области неизбежно, по 2-му закону термодинамики, оплачивается ценой роста энтропии в широком охвате реальности, где-то за горизонтом обустроенного локуса.

Антропный принцип не указывает ли на то, что антропологический заскок трансгуманизма — техногенез киберантропа — может подорвать исходные основы мироздания, ибо если нет наблюдателя-антропа — космологического субъекта разумной жизни, — то нет и самого́ мира, который выстроен и структурирован антропологическими константами?..
Безантропная Вселенная — беспринципный космический пузырь, утрачивающий мировое бытие.