Перейти к содержимому

Иногда мне кажется, что я думаю. Но думаю, что мне это только кажется. Впрочем, не уверен в том, что кажется, как и сомневаюсь в том, что думаю.

И вот, я уже думаю не о том, о чём именно думаю, а о том, что думаю ли я вообще!

Зато сомневаюсь — точно (и это несомненно)!

Ангел-хранитель — это, возможно, моё подсознательное (или надсознательное, сверхсознательное?) alter ego, моё рафинированное — позитивно поляризованное — лучшее, которое меня ограничивает и направляет, стережёт на границе позволенного и должного; это латентная рефлексия, через которую я сам себя и храню (от неверного и дурного), и воспитываю (хорошим и добрым), и обучаю (умному и правильному)???

Интуиция — проявление надсознания: считывание релевантного в текущих обстоятельствах информационного фрейма-представления непосредственно из информационно-семантического поля планеты — ноосферы, — минуя рациональные фильтры сознания и не включая «регулярные» логические контуры рефлексии…
Это способность человеческой сущности к непространственному перемещению в информационных червоточинах многосвязной вселенной, возможность улавливать информационные сигналы и резонировать в мировых информационных полях.

Накапливаемый, словно вода в обветшалом трюме, опыт экзистенциальной рефлексии и самой жизни утомляет личность, образуя на ней накипь равнодушия и безучастности; прагматизм жизни беспощадно выжигает душу; пресыщенность девальвирует сущность явленного человека и эсхатологически замыливает восприятие чудесности бытия.

И всё же, благословенна Книга Жизни, на какой-то безвестной странице которой мелким шрифтом заботливо вписаны наши имена.

Да будет так!

Увы, мой Космос нынче катастрофически посыпался…

Да, конечно мириадами звезд, как это и присуще Космосу… Он как-то запредельно красиво и принципиально необратимо исказился и непостижимым образом изукрасился фееречески-вселенскими трассами падающих — теперь уже бывших — светил...

…Тоже ведь гибших реальностей!

Был Космос, но сейчас — лишь мириады звезд?! Лишь остылая россыпь осиротелых инвариантов?

Гештальт безнадежно погребён под обломками реальных ощущений и открылась бренная эмпирика в её частных проявлениях? Но так же недолжно!

Или же это просто — подло — никому не нужные падающие и, возможно, кем-то проклятые звёзды в остывающей рефлексии рухнувшей личности? Возможно, это ещё страшнее.