«De mortuis aut bene aut nihil» — «О мёртвых или хорошо, или ничего».
Тогда, по правилу логического отрицания, о немертвых (т. е. живых) и нехорошо (т. е. плохо), и чего (т. е. не́что), что в итоге фразируется формулой: «О живых — хоть что-нибудь, но плохое» — «De vivus aliquid male».
Грустная эмпирика: именно эта предустановка — о живых только что-то плохое — в первичном восприятии новоявленного ближнего и доминирует в социально-психологическом взаимодействии современников «по умолчанию»! :-(
Так и социализируемся, так и цивилизуемся в гражданско-правовом угаре тотальной розни и недоверия, инстинктивно предпочитая говорить (судить, думать, сплетничать, сочинять, клеветать) о живом ближнем что-нито дурное, особенно в ситуации непонимания высоких мыслей и благородных поступков этого ближнего...
И в неизбежном заключении этой нравственно ущербной логики ближний воспринимается как ближний недруг или даже как потенциальный враг. Вечное подозрение в затаенном коварстве как яд, разлитый в душе…
Аминь ближнему!
Метка: ситуация
Бытийное ожерелье судьбы
Всегда существую какие-то внешние факторы, непреложные или случайные обстоятельства, которые бесстрастно корректируют личную жизненную траекторию и модифицируют экзистенциальную ситуацию, апостериорно формируя окончательную фабулу жизни — ожерельную нить событий…
Судьба как стратегия… постфактум.
Снотворное прозрение прошлого
Обычно в снах время, ощущение его «действия» отсутствует; воспроизводится темпорально неопределенная, вневременная ситуация.
Но иногда в морфейных видениях сюжет развивается именно во времени, причем, как правило, в будущем, и как еще только предстоящее событие, даже если воспроизводится история прошлых дней.
Переполяризация поведенческой модели
В ситуациях неустойчивого равновесия позитивная мотивация и экспертные прогнозы могут иметь резко негативный эффект и катастрофические последствия.
Как известно, паника начинается именно с призыва не поддаваться панике. В этом стихийный эффект аварийно-активной канализации ключевой информации.
Инфраязык дождя
Когда смотришь в проем окна, за темным стеклом которого льет нескончаемый, беспросветно нудный дождь, и понимаешь, что в этот миг твоей жизни он твой единственный собеседник, то начинаешь ценить эту художественную неприхотливость момента, постигать набухшую небесной влагой сырую выразительность ситуации, ее настойчивость и терпимость, воспринимать медитирующую дождливость как явление внесознательного общения…