Перейти к содержимому

Смерть — горизонт событий живой, физиологически активной личности.

Ближний — не молоток, которым можно забивать гвозди в чужие проблемы…
Иные считают «технологическую операционализацию» ближнего своей священной привилегией — по праву собственной личности.

Увы, мой Космос нынче катастрофически посыпался…

Да, конечно мириадами звезд, как это и присуще Космосу… Он как-то запредельно красиво и принципиально необратимо исказился и непостижимым образом изукрасился фееречески-вселенскими трассами падающих — теперь уже бывших — светил...

…Тоже ведь гибших реальностей!

Был Космос, но сейчас — лишь мириады звезд?! Лишь остылая россыпь осиротелых инвариантов?

Гештальт безнадежно погребён под обломками реальных ощущений и открылась бренная эмпирика в её частных проявлениях? Но так же недолжно!

Или же это просто — подло — никому не нужные падающие и, возможно, кем-то проклятые звёзды в остывающей рефлексии рухнувшей личности? Возможно, это ещё страшнее.

Возможно, человек устаёт от жизни быстрее, чем успевает состариться!
Экзистенциальный износ личности — стихия судьбы…

Незаметно-катастрофично из повседневного окружения исчезают глубокие люди, целостные личности-мегалиты, с которыми, начиная общение — падаешь в бесконечно глубокий и бесконечно умный космос бесконечно непостижимых смыслов, погружаешься в многомерное семантическое пространство нетривиального живого дискурса, оказываешься на целине неисчислимо многогранной мысли.

А всё чаще — вокруг вьются ремесленники одной фразы, попугаи одной эмоции, обезьяны одного выражения мысли, нудящие как мухи и навязывающие какую-то наипошлейше-плоскую мысль-штамп; и когда они начинают эту мысль вытягивать, выпучивать своим недоразработанным аппаратом центральной нервной системы, тяжко прокатывать через механизм второй сигнальной системы, то погружаешься в топкое месиво каких-то опилок мысли — чужой, пустейшей, никчемушной и недодуманной…