Перейти к содержимому

…Ощущаю себя окончательно испорченным/исправленным одиночеством…

Ближусь к состоянию благоприобретённого, старательно на́житого социального аутизма, выхожу на орбиту независимости дальнейшего дления и переживания событий своей паравселенной.

Как радость бытия связана с хмурым небом сумеречного осеннего утра? Или как в жёстком порыве стылого северного ветра отражается полнота ощущений жизни в её благостных проявлениях?
От ответов на эти «контрольные» вопросы и зависит реальная, субъективно раскрываемая каждый миг, полнота вечной жизни в её бренном «исполнении» и субъективно-эмпирическом восприятии — именно здесь, сейчас, в текущих обстоятельствах ее благословенного дления.

Чем дольше длится жизнь, тем больше таинство её продолжения; чем больше возраст, тем загадочнее оставшиеся дни.
Итак, с ростом вероятности окончательно-смертельного исхода жизни растет смысловая нагрузка и содержательный вес её последних дней.

День невечерний — человек бессмертный; утро неполуденное — личность юная; весна, не преходящая в летний зной, — неувядаемая свежесть пытливого восприятия; бытие неутомлённое — дерзость алертная, хладно пламенеющая, всегда еще только в творческом раскрытии!
Совершенство как непрерывное совершение, момент в вечном длении, онтологическая точка в динамической проекции как творческий поток…

С течением жизни, в её невольном длении в потоке вечно неутомимого времени, организм неизбежно начинает страдать от хронотоксикоза, проявления которого — в явно переживаемых психофизических ощущениях, да и буквально «налицо»… :-(