Перейти к содержимому

В информационном обществе для сохранения душевной экологии, ментального психоценоза, а в пределе — физического здоровья и личностной идентичности, необходимо практиковать информационное воздержание, отшельнически удаляясь в информационную пу́стынь и выдерживая сухой post — как цифровой аскетизм и отказ от постов в информационных сетях.

Вечность наказывает бренностью, но сама вечность есть континуум — причем, принципиально неинтегрируемый — парадоксальный континуум мгновений различного временного масштаба и субъектной идентичности.

Унижая конкретного человека — не важно, по какому признаку и поводу, — унижают, прежде всего, исходную сущность человека, собственно, саму человечность, которая не зависит ни от этнической, ни от религиозной идентичности, ни от природно-физических данных; ибо они от Бога.

Счастье — неконтролируемое состояние; ощущение счастья — подсознательное и даже вообще бессознательное: психология счастья «автоматична» и неосознаваема как физиология здорового организма. Счастье — как дыхание, незаметно-благостно и естественно-лёгко, оно вне сканирующей рефлексии.
Как только человек начинает мысленно тестировать свой экзистенциальный статус на предмет его идентичности счастью, так это ощущение улетучивается и становится принципиально и болезненно недостижимым.
Когда индивид пытается ментально «ловить» счастье, происходит драматический коллапс «неосязаемого» статуса.
Счастье — это эмоциональное состояние квантовой неопределенности психики «счастливой» личности…

В «практической жизни» интерес представляют только отношения личностей.
В ненависти можно отыскать мотив и обоснование чувства.
В любви мотива нет, она изначально самочинна. Она либо искренняя, и тогда никакие иные атрибуты не имеют для нее значения, включая гендерную идентичность. Либо она не истинная, и тогда это уже не любовь.