Перейти к содержимому

Во времена детства нынешних стариков малых детей пугали тем, что чужой дядя заберёт или даже съест их. Но любой нормально социализированный взрослый был готов прийти на выручку чужому ребенку.
В нынешние толерантно-рисковые времена детей пугают тем, что посторонний дядя с добрым лицом заговорит с ним, поощрит улыбкой, заботливо поинтересуется его состоянием, предложит или окажет помощь в затруднительной/опасной ситуации и, не дай Бог, погладит его по голове.
Цивилизационно продвинутые законы враждебной социализации…

В уличном трафике самоуверенные пешеходы могут быть аварийноопаснее автомобилей.

Эволюционно-животный инстинкт эмпирического человека: интерпретировать непонятный поступок ближнего изначально как злонамеренный, а его доверчивость и простоту — как отсталость и уязвимость, которой можно выгодно воспользоваться.
Непонятность ситуации оценивается как опасность. Угроза инстинктивно мобилизует готовность к защитной реакции, вплоть до ответной агрессии, в человеческом взаимодействии выражающейся особыми приемами психологической самозащиты, ментального разрешения нестандартной ситуации.
И где здесь «уже разум», всплеск сознания, собственно человек?.. Или homo protosapiens?

Возникающее в компьютерной среде ощущение «игра — это жизнь» порождает опасное встречное ощущение «жизнь — это игра».
Печально, ибо банально…

Иное человеколюбие опаснее для жизни мордобития.
Но и мордолюбие в своей нравственной сущности может не далеко уйти от человеконенавистничества.
Разнообразны морды [не]любви…