Перейти к содержимому

Потусторонний мир не беззвучен. Какая музыка сопровождает души в их волшебных странствованиях или горестных блужданиях в пределах иного бытия, в райских полях и адских чертогах? Это запредельная музыка жизни.
А на Земле, в длящейся биосферно уютной реальности посюстороннего мира в это время и независимо от иной реальности продолжает звучать эмпирическая мелодия жизни, неслышимая ушедшими…
Музыка сфер… жизни…

Новый год не всегда знаменует «новую жизнь», а в одном из неизбежных случаев — и вовсе просто жизнь — само существование…
И тогда витальная траектория субъекта жизни уходит в пределы иной онтологической галактики — невидимого мира — в уповании на обретение «новой землицы» для вселенской души. Это и будет действительно «новой жизнью».

У него была своя туманность, почему-то Пепельная — очевидно, вовсе не только из-за пепельного цвета. Это туманность была густой консистенции, непроницаемая для стороннего проникновения ни взглядом, ни звуком, ни тем более каким-либо грубым физическим излучением или вещественным посягательством. Он вдыхал плотное тело этой неизвестной астрофизической субстанции почти как глотал ее, но при этом дышал ею легко и невыразимо умиротворенно…
Уютно расположившись в облачных пределах своей туманности, с ее астро-экзистенциального «борта» он с первородным благоговением наблюдал явления бытия в его незатихающем событийным хороводе: сложные феномены надменного большого Космоса и, тут же, незамысловатые бытоявления маленькой человеческой жизни, воспринимая всю картину мира одновременно и враз в непостижимой суперпозиции измерений и пространственно-временных масштабов, — всматривался в поток таинств свершения мира с детским любопытством и детской же доверчивостью, пребывая при этом в состоянии полной безмятежности своего пепельно-туманного духа…

Всегда, везде и во всем; ныне и присно и во веки веков; в божественном, тварном и природно-стихийном: все самое непостижимое таинство — в деталях, все должное — за горизонтом сущего, все возможное — за пределами наличного.

Св. Пётр — привратник Рая.
А кто при вратах Ада? Архангел Сатанаил/Люцифер (= Светоносный)? Но царское ли это дело?.. А падшим ангелам и, тем более, серафимам и херувимам не положено по законам Небес.
В Библии слишком много умолчаний — намного больше, чем сказанного.
Харон тоже не в счет, он всего лишь нанятый лоцман, да и путь его в совсем иные пределы…
Он сам там и стоит! Он в двух лицах — Бог и Сатана, в двух ипостасях и функциях! Ересь конечно, но вполне логичная. Это одно и то же лицо, но двуликое. И потому Библия об этом умалчивает. Думаю, эзотерики это давно вычислили.
Более того, думаю Бог — по преимуществу бог грешников, а не праведников. Последние вполне самостоятельно восходят к небесному свету. А вот для тех, кто погружается во мрак — для них светоносный бог невыносим, губителен, им нужен Сатана, чтобы сберечь их. И потому Бог (именно бог света) укрывает их от своего света и спасает, излучая свет в ином диапазоне. Двоякий Люцифер, Он есть и бог тьмы. Но это тьма природы человеческой...