Перейти к содержимому

Те, кто «экономит» себя для жизни «настоящей», для счастья, целомудренно откладывая радость реальной жизни на более благополучное будущее, те никогда и не улавливают ощущения счастья, не испытывают чувства радости...

Почему эпоха раннего христианства знает много бесподобных примеров страстных проповедников, ревнителей и исповедников веры Христовой? Они потому страстные, что их вера как горячее и искреннее чувство жертвенно преодолевала страхи и страдания мира и подвижнически шла навстречу новой, утверждаемой ими реальности. Собственно, это и есть подлинная вера, лишенная примеси критической рефлексии; это отважное самоисповедание, культивирующее и укрепляющее внутреннее чувство вопреки слабостям души и соблазнам тела…

Оказавшись однажды втиснутым в тесную камеру одинокого пребывания — скоропостижного одиночества, — был вынужден, чтобы удержать своё Эго от разрушительного бунта, возлюбить этот нечаянный дар и найти в нём утешение и творчество, наслаждение и покой, чувство и мысль, невольно обретя и утвердив в нём свою и гордость, и смирение…
И так эта ценность висит наградой — тяжёлой как чугунная медаль, и драгоценной как золотая, высшей пробы — на моём самосознании, включившим форсаж гармонизирующей субъективации…

Похоже, чувство вселенскости, гармонии, всеединства, — бездумно… оно разлито в бытии повсюду и доступно непосредственно.
Чувство всеединства — всемирное: он и земное — природно-биосферное, и вселенское — космическое, всеМультиверсное.

Беззвучно-целестремительно прорезывающий вышинную синь неба безвестный самолет, который магически-властно заставляет запрокидывать голову, задерживает сосредоточенный взгляд и взрывает воображение, — это явление крылатой энергии пробуждает романтические представления об иной жизни, иных горизонтах чувств и самого бытия…
А деловито жужжащий вертолет на бреющем полете уверяет, что такова прагматическая необходимость момента вселенского бытия.