Нужно перестать тиранить и ожесточать свою духовную сущность… жизнью!
И отпустить её в свободный мир сверхэмпирических законов и предустановленной гармонии.
Нужно перестать тиранить и ожесточать свою духовную сущность… жизнью!
И отпустить её в свободный мир сверхэмпирических законов и предустановленной гармонии.
Иногда возникает проблема с памятью, ее фактической недостаточностью — невозможность уловить в структурных недрах мозга нужные информационные импульсы, извлечь затерявшиеся в контурах сознания сведения. Или реконструировать достоверную картину событий/хода мыслей.
Но еще хуже — проблемная память — деструктивная, ненужная память о «мусорном» событии или тупиковой проблеме ничтожного значения. Эти назойливые воспоминания безнадежно зашлаковывают актуальное мышление.
И еще эксцессы на грани патологии — псевдопроблемная сверхпамять как сверхэмпирическая избыточность памяти — воспоминания о событиях, которых реально не было, драматческая психо-постановка и эмоциональное проигрывание внеопытных, непережитых ощущений.
Вечерняя стража на краю дневной бытности… В созерцании первое дело — разметка звёзд в темнеющем небе над головой, очугуненной сознанием ускользающего дня.
В детстве очень много «пустого» времени, но ни одному ребёнку не придёт в голову сожалеть об этом. Ибо чем бы он ни был занят в самый «бездельный» миг своей жизни — это, прежде всего и неподдельно, миг самой настоящей жизни, непосредственно открывающейся ещё не искушённому сознанию ребёнка невиданными, восхитительными ощущениями. Это первое чувство жизни во многом, во всём; это первый вкус жизни и сама первая жизнь в каждом отдельном ребячьем её проявлении, и в необозримо-целостном восприятии. Это первое — необъятное — чувство в мире и первое чувство мира, которое даже не с чем сравнить...
Блаженны предночные часы летней Москвы. Уже ничего никому не обещано. Уже всё совершено́. В воздухе — послабление тихой праздности актуально-озабоченного сознания и отдохновение от дневного зноя хотений и долженствований. Всё постепенно приходит в истинную норму и надлежащий порядок. Звёзды подсвечивают абсолютный смысл, воочию зримо проступивший на неспешно увечеревшем небосводе; легкий ветер подсказывает значимость нефальсифицированных ощущений; звуки затихающей суеты души аккомпанируют внутренним предчувствиям правды высших миров...
Ощущение жизни — в её неподдельном содержании — исполняется и преображается в раскрывающейся душе. И тело уже требует не отчуждающего сна — бесчувственного, «функционального» и «чужого», а безмятежного и сладостного растворения в мироточащем покое, ищет скромного отдохновения от запечатлённой невыразимости панорамы вселенской жизни...