World Cultural Interaction / Всемирное Культурное Взаимодействие
По окончании срока жизни, на «выходе-выдохе» — строгий контроль: продлевать будете? :-)
~ уже продлил!
~ у меня бессрочная / безлимит
~ да, но на других условиях и по другому тарифу
~ перехожу к другому оператору бытия
~ нет, я и так уже перебрал, и вообще, вся эта затея — откровенная профанация…
В России хотят узаконить штрафы за курение на балконе…
Чтобы не отравляли зловредно своих ближайших соседей табачным дымом и иными продуктами курения.
И это, безусловно, правильное, человеколюбивое решение, свидетельствующее о государственной мудрости и воле суверена народной власти.
Но нужно идти дальше и решительней: следует категорически запретить соседям / ближним издавать какие-либо звуки и запахи, вообще — любые публичные проявления и соседские признаки жизни. Ближний должен быть подобен утопленнику, уносимому равнодушными водами стремительной реки жизни мимо заводи бытия своих добровольно оставленных соседей. И тогда этот «идеальный» ближний — абсолютно конформен, любим и желанен. И вечная память ему… И даже — надгробие от группы товарищей и — конечно же! — ближних его. Прижизненное и, разумеется, виртуальное (нельзя же желать реальной смерти ближнему своему).
Ибо ближний есть неадекват. И нет такого ближнего, который бы не был неадекватом. Ибо неадекватность — необходимое (но не достаточное) условие того, чтобы некий индивидуй числился ближним.
Итак, ближний — завсегда неадекват. И чем он ближе, тем он неадекватней, и самый ближний и есть самый неадекватный. А самый ближний (на расстоянии мысли, вытянутой руки или SMS) неадекват — всегда истинно ближний. И потому, статистически, самый неадекват в любом контуре общения — всегда оказывается ближним. И чем он неадекватней, тем выше вероятность, что он именно ближний. Итак, самый неадекватный неадекват — самый близкий ближний. 8-O
Круг замкнулся, и мы — в его тесных (воистину ближних!) объятиях!
ч.т.д.
Полное, герметичное одиночество как глухое психологическое подполье, как пустынная обитель души. Почти на грани отрыва от событийной ткани мира и отсоединенности от его онтологической геометрии. Вся правда и неправда мира замыкается в кругах его имманентного бытия и ментально запечатывается печатью космического трансцендирования личности как психоавтономизирующегося осколка «большой реальности», непроизвольно сошедшего с орбиты «объективного» мирообразования и миропредставления. Это уже разбегающиеся галактики как разные миры… И пусть их истории будут радостно-креативными, благо-жизнеутвердительными и счастливо-взаимодополнительными!
Эмпирическая «мудрость» длинной чреды дней, теряющей свое родниковое начало в почти нереально бывшем детстве (в каком мире? В каком пространстве и времени? В каком психофизическом статусе? В какой бытийно-событийной среде?) — никаких обид; никаких желаний и ожиданий, адресованных во вне; никаких упреков и претензий к миру и его субъект-объектным обитателям. Только созерцание: иногда грустно-понимающее, иногда тепло-сочувствующее, иногда — благодарно-доброе.
Дерзкое усилие и отрада воспитания ангела в своей душе...
«Быть или не быть» — предельный пример дихотомической «техники» мышления, проявления бинарной логики восприятия и реконструкции реальности в целом.
Гамлетовский предельный вопрос «быть или не быть» можно переформатировать в иной модальности: что ценно (выбрать, предпочесть) — наличное или должное? Принять то, что есть и «быть» в нём, или же отказаться от имеемого в пользу надлежащего быть (объективно)? Второй вариант допускает два исхода — 1) отказ не только от данной среды, но и от самого себя, от того, чтобы «быть» в «ненадлежащей» онтологии; 2) или же бунтарски пробовать трансформировать текущее состояние бытия в должное. Последнее требует усилий и ресурсов, воли решения и времени его реализации. Тогда исходный вопрос и вовсе может быть транспонирован в формулу «здесь/сейчас или в другом месте/в другое время?», или даже: «сто́ит оно того или не сто́ит?» Но в любом случае и прежде всего, — быть кем, т. е. вопрос «кто Я?». 8-O